среда, 29 октября 2014 г.

Тэд Уильямс. Грязные улицы небес

Тэд Уильямс. Грязные улицы небес
Долориэль по прозвищу Бобби Доллар - ангел-адвокат, чья задача на Земле — встречать души умерших людей и выступать в качестве их защитника на Последнем суде. Неожиданно одна из душ пропадает прямо перед слушаниями. Событие привлекает внимание высших чинов ангельской и демонической иерархий, а Бобби оказывается втянут в хитросплетение интриг.

Тэд Уильямс - автор для российского читателя не новый, а потому предвкушения от нового цикла городского фэнтези у автора этих строк были сформированы задолго до того, как книга попала ему в руки. Что общего у всех предыдущих книг Уильямса? Что объединяет эпическое фэнтези «Орден манускрипта» и «Марш теней» с «Иноземьем» — НФ о виртуальных реальностях? Все эти книги очень медленные, неторопливые тягучие... Какую книгу Уильямса ни возьми, его манеру письма невозможно перепутать ни с какой другой.

Так вот, забудьте всё, что было раньше! «Грязные улицы небес» по стилистике не имеют ничего общего с предыдущими работами автора. По большому счёту, если бы на обложке не стояла его фамилия, невозможно было бы догадаться, что роман написан именно им. Простые предложения, динамичное повествование, не слишком тщательно проработанные герои - это не Тэд Уильямс, а Саймон Грин какой-то! Однако постепенно в тексте начинают звучать фирменные нотки автора, а по мере раскрытия сюжета становится понятно, что умения выстраивать интересные миры писатель не потерял.

Майкл Маршалл. Запретный район

Майкл Маршалл. Запретный район
Человека, который привык решать проблемы самого разного рода, нанимают для того, чтобы отыскать похищенного чиновника. Дело происходит в громадном мегаполисе, разбитом на отдельные Районы; каждый из них существует по своим законам, порой весьма причудливым. Проблема, однако, заключается в том, что наш герой понятия не имеет, кто и зачем похитил упомянутого чиновника..

У каждого в жизни наверняка была хотя бы одна книга-призрак. Книга, о которой вы услышали задолго до того, как взяли её в руки. Книга, которую представляли себе в деталях, в подробностях; о чём она, какая она. Книга, которая в равной степени могла вас в итоге разочаровать или очаровать, но навсегда оставалась для вас «той самой»...

У отечественных любителей фантастики за последние годы таких томов накопилось — впору отдельный умозрительный шкаф заводить. Многострадальный роман «Только вперёд» Майкла Маршалла Смита стоит в этом шкафу уже шесть лет - с того самого момента, когда впервые стали известны планы на серию «Сны разума». Увы, этот роман в ней так и не вышел и появился лишь теперь - уже в «Эксмо», в качестве «Запретного района», написанного неким Майклом Маршаллом (под этим псевдонимом у Смита на русском выходили триллеры из цикла «Соломенные люди»). 

Поскольку «Сны разума» изначально были заточены под «твёрдую» НФ, чего-то подобного ждёшь и от «Запретного района». И, в общем-то, получаешь с лихвой: первая половина романа - это динамичный «крутой» детектив в футуристическом антураже. Главный герой по имени Старк живёт в причудливом Городе, который занимает громадную территорию. Мы стартуем с места в карьер: фантастические пейзажи, интригующее задание, таинственные враги, экзотические друзья...

Чак Паланик. Обречённые

Чак Паланик. Обречённые
Мёртвая девочка Мэдисон Спенсер в Хэллоуин застревает на Земле и узнаёт, что родители восприняли её советы с того света всерьёз, основав новую безумную религию.

Первую книгу трилогии о Мэдисон Спенсер, «Проклятые», Чак Паланик задумал, когда ухаживал за своей матерью, умиравшей от рака лёгких. Понимая, что совсем скоро он останется на Земле в одиночестве, без обоих родителей, писатель придумал девочку, которая скучает по своим собственным родителям - с той разницей, что умерли не папа с мамой, а сама девочка. А потом, что называется, «Остапа понесло»: Паланик понял, что одним романом дело не закончится. Во-первых, скорбь по родителям — сложная для проработки вещь, это вам любой психотерапевт скажет. А во-вторых, писатель замыслил - ни много ни мало - создать новую теологию, рассказать миру, что он думает о Боге, дьяволе, предопределении, грехе и искуплении. И заодно - иначе бы он не был Палаником - ядовито высмеять все теологии, которые существовали до него.

Многие излюбленные темы писателя-нон-конформиста нашли себе место в «Проклятых» и «Обречённых»: лицемерие «фабрики звёзд», опасность религиозного фанатизма, бесцельность существования «общества потребления» и его скорый конец. Но сюжет о Мэдисон Спенсер отличается от историй прочих паланиковских Фриков и неудачников. Он неожиданно тёплый и трогательный - автор явно симпатизирует этой несчастной толстой девочке, воспитанной в мире искажённых ценностей и представлений о добре и зле. В конце концов, тяжело остаться нормальной, когда гламурные папа и мама, в прошлом хиппи, одной рукой запихивают в тебя экологически чистую еду, а другой - антидепрессанты. Да, собственно, уже с именем «Мэдисон Дезерт Флауэр Роза Паркс Койот Трикстер Спенсер» быть нормальной крайне сложно.

Хелен Уэкер. Голем и Джинн

Хелен Уэкер. Голем и Джинн
1899 год. На прибывшем в Нью-Йорк пароходе «Балтика» данцигский торговец Отто Ротфельд оживляет Голема, но вскоре умирает от перитонита, и существо, призванное защищать и подчиняться, оказывается без хозяина посреди незнакомого города. А в квартале Маленькая Сирия местному жестянщику приносят на починку старый кувшин. И стоило повредить узор на сосуде, как в комнате появился странный обнажённый человек. Так Нью-Йорк получает своего собственного Джинна. Этим необычным созданиям было суждено встретиться...

«Голем и Джинн» прекрасно подходит как для любителей фантастики, так и для тех, кто обходит её за версту. Это неторопливый и спокойный роман, который подробно, без лишней суеты описывает жизнь двух совершенно разных существ в городе с чужими и непривычными для них социальными взаимоотношениями и моральными ценностями, культурой и ритмом жизни. Уэкер не пытается сделать из своих персонажей супергероев, хотя выстраивает их сильные и слабые стороны практически по лекалам комиксов. Так, Голем, которую встретившийся ей раввин нарёк Хавой, обладает своего рода телепатией, способностью воспринимать желания и чувства окружающих людей, а ещё невероятными силой, скоростью и точностью. Правда, стоит ей попасть в экстремальную ситуацию, как Големом овладевает жажда убийства. Джинн может очаровывать людей, плавить руками металлы, но боится воды.

Весь роман - это описание того, как главные герои ищут место в новом мире, пытаются понять его, причём с совершенно разных мировоззренческих позиций. Голем постоянно заботится о ком-то, причём её желание подчиняться, удовлетворяя нужды других людей, доходит до полного самоотречения. Джинн, напротив, горд, не хочет от кого-либо зависеть, к людям относится свысока, не понимая всех условностей человеческого общества, а главное — не принимая их. Для него религия, социальное устройство, брачные взаимоотношения - не более чем ненужные и затрудняющие жизнь сложности. Роман «Голем и Джинн» мог стать исследованием человеческой морали с одинаково чуждых, крайних точек зрения, необычным взглядом на формирование культуры XX века, которая стала ареной борьбы этих совершенно противоположных взглядов на жизнь. Беседы между Големом и Джинном, которые они ведут, гуляя ночью по Нью-Йорку, во многом сосредоточены именно вокруг этих вопросов, и процесс примирения, сближения, взаимного обогащения главных героев показан здесь достаточно тонко. Тем не менее эта идея реализована не до конца.

Дуглас Хьюлик. Свой среди воров

Дуглас Хьюлик. Свой среди воров
В криминальном мире Дорминиканской империи, известном как Круг, обитают преступники всех калибров — от мелкой рыбёшки до настоящих акул. Авантюрист Дрот — скорее рыбка-прилипала. Он отирается возле одного из самых крутых боссов, головореза Никко, и служит кем-то вроде начальника его разведки. А, значит, шпионит, крадёт и убивает. Однако от прочих мутных типов Дрот всё же отличается — не зря и друзья, и враги считают его человеком чести. И именно от этого «благородного» бандита зависит судьба империи...

В зазывающих надписях на обложке роман относят к тёмному фэнтези. Пожалуй, это не совсем верно, хотя «тьмы» на страницах книги вдоволь. Перед нами скорее фэнтези авантюрно-интриганское с изрядной толикой нуара. И роман не зря награждён несколькими премиями за лучший дебют — Дуглас Хьюлик имеет все шансы встать вровень с такими мастерами фэнтезийной авантюры, как Скотт Линч или Крис Вудинг.

Приятные сюрпризы начинаются буквально с первых страниц, когда автор дозированно, но вместе с тем достаточно полно выдаёт информацию о мире и героях. Такой подход радует - уж слишком часто дебютанты ударяются в крайности: то сразу заваливают читателей бездной ненужной информации, то, наоборот, выдавливают её по капле, словно воду посреди пустыни. Впрочем, Хьюлик — тот ещё хитрец. О некоторых сюжетообразующих вещах герой поначалу умалчивает, открывая нам глаза по мере развития событий. А кое о чём Дрот и сам не знает - и правду читатель постигает одновременно с героем. Как бы там ни было, мир, придуманный автором, раскрывается перед нами «с умом». И мир получился очень правдоподобный и живой, хотя автор вроде ничего особо оригинального и не придумал. Разве только смешал в одном флаконе Византийскую империю и елизаветинскую Англию - с толикой магии, естественно. Представьте затянутых в шелка головорезов времён Шекспира, пускающих друг другу кровь на знойных улочках средневекового Константинополя! Звучит бредово, но Хьюлик сумел придать этому гибриду достаточную степень реалистичности.

Кэтрин М. Валенте. Девочка, которая объехала Волшебную Страну на самодельном корабле

Кэтрин М. Валенте. Девочка, которая объехала Волшебную Страну на самодельном корабле
Жила-была девочка по имени Сентябрь. Кроме имени, ничего интересного в её жизни не было: папа на фронте, мама всё время на заводе, а сама она только и делала, что мыла чашки на кухне да играла с надоедливой собачкой. Но вот однажды к девочке на порог явился добряк Зелёный Ветер и предложил полететь с ним в Волшебную Страну. Разумеется, Сентябрь согласилась. Откуда же ей было знать, что Волшебная Страна - это не только чудеса и веселье, но и голод, усталость, испытания, потери... И, само собой, трудные решения.

Кэтрин M. Валенте из тех авторов, кто раздвигает границы фэнтези с каждой книгой - на её счету изысканная городская фантасмагория для взрослых «Палимпсест», поэтичная дилогия «Сказания сироты», где мотивы из мифологий всего мира сплетаются в сложный узор наподобие «Тысячи и одной ночи», и «Бессмертный» — легенда о Кощее на фоне сталинской России. Список романов на этом не заканчивается, а ещё есть многочисленные рассказы, стихи, статьи... Однако наибольшую известность американской писательнице (которой, к слову, в этом году исполнилось всего-то тридцать пять) принесла не завершённая ещё серия сказочных книг о девочке по имени Сентябрь, которую судьба вновь и вновь заносит в Волшебную Страну.

Формально эти истории предназначены, выражаясь сухим библиотекарским языком, для детей среднего школьного возраста, но кто извлечёт из них больше удовольствия и смыслов, ровесник героини или всё-таки читатель лет тридцати-сорока, ещё надо посмотреть. Ведь Валенте не столько рассказывает историю, сколько перекликается и спорит со своими великими предшесгвенниками-сказочниками - Кэрроллом, Баумом, Барри, Льюисом и другими. Разумеется, событий в романе хватает, а всяческие диковины и неожиданности едва-едва умещаются на страницах - тут и живые велосипеды, и города из ткани, и люди-половинки, и Широта с Долготой собственной долговязой персоной, и куча мифологических персонажей, от своеобразно переосмысленных эльфов и гномов до спригганов и маридов. Но за многими из этих ситуаций и образов стоят вполне взрослые идеи, а с ощущением чуда, без которого немыслима ни одна сказка, часто спорит трезвый авторский расчёт.

Константин Образцов. Красные цепи

Константин Образцов. Красные цепи
Петербург, наши дни. На ретроградской стороне совершено жестокое убийство. В поисках виновного сходятся два непохожих человека — судмедэксперт Алина Базарова и похоронный агент Родион Тройский, одиночка с тёмным прошлым. С каждым шагом их всё глубже затягивает в тайное нутро города, где оккультные силы прекрасно уживаются с криминальными, а медицина с алхимией. Что ждёт героев там, в конце пути? Неприятные открытия, непростые решения... и, конечно, лужи крови.

Есть города, где сюжеты так и витают в воздухе. Чтобы уловить их и перенести на бумагу, достаточно обладать чуткой душой и каплей таланта. Лондон, Париж, Прага, Венеция, Нью-Йорк - маленькие вселенные, отражённые в сотнях книг и фильмов.В том же ряду стоит и Санкт-Петербург, который сменил за свою историю три названия, но по сей день не утратил тёмного шарма.

«Красные цепи», дебютный роман Константина Образцова, вырос из сырости петербургских подвалов, из дворов-колодцев и коммунальных квартир, из закованных в камень болот и серых небес. На этом фоне развивается довольно типичный сюжет: средневековье тянется к современности, незаметно отравляет её и расцветает чёрной лилией где-то на задворках привычной жизни. Как знать, кто живёт с вами на одной лестничной клетке - оборотень, некромант, а то и кто-нибудь похуже... Лабиринты петербургских кварталов, надо признать, идеально подходят для всякой нечисти. Лучше всего прятаться там, где тебя не станут искать, правда?

Иван Крамер. Пётр Крамер. Машины Российской Империи. Небесный механик

Машины Российской Империи
Может ли один злодей завладеть природными ресурсами целой планеты, изобрести сверхоружие и подчинить себе самые передовые технологии? Вряд ли, если ему противостоят агент разведки Российской Империи, юная красавица-авантюристка и гимназист, воспитанный грабителями банков. Все они готовы рисковать, ставить на кон свою жизнь, спасать простых людей от монстров в человеческом облике, возомнивших себя новыми хозяевами мира и раз За разом одерживать верх над обстоятельствами. Ведь удача любит смелых.

«Стимган» - новая серия издательства «Эксмо», книги из которой придутся по душе любителям приключений, погонь и перестрелок в стимпанк-антураже. Перед нами экшен в самом лучшем значении этого слова: у героев фактически нет ни секунды на отдых. Просто опасности сменяются опасностями смертельными, водоворот событий затягивает всё новых и новых персонажей, а враги продумывают очередные козни. Впрочем, несмотря на почти непрерывное действие, мир «Стимгана» тщательно прорисован: локомотивы, дирижабли, пароходы становятся не просто фоном для происходящего, а полноправными участниками событий, уж очень подробно и с любовью их описывают. Порой чувствуешь себя ребёнком на Всемирной выставке инженерного искусства - крутишь головой, разинув рот, и наслаждаешься «машинным волшебством».

Макс Фрай. Мастер ветров и закатов

Макс Фрай. Мастер ветров и закатов
Сэр Макс возвращается в Ехо и получает новую работу — теперь он выслеживает визитёров из других миров, которые видят сны про этот волшебный город...

«Сэр Макс возвращается в Ехо» - на этом можно заканчивать и аннотацию к книге, и любую рецензию на неё. Потому что фанаты только этого и ждали, пока годами считали сюжетные и концептуальные нестыковки «Лабиринтов Ехо» и «Хроник Ехо», а автор экспериментировал в других жанрах (впрочем, у него всё равно Ехо получался, хоть в «Сказках Старого Вильнюса», хоть в «Ветрах, ангелах и людях»), Им, фанатам, теперь уже совершенно всё равно, какой в новой книге, да ещё и начинающей очередной цикл приключений сэра Макса, сюжет и каким языком она написана.

Собственно, складывается впечатление, что именно для фанатов большая часть книги и создана. Как и следовало ожидать, в конце повести «Тубурская игра», последней в серии «Хроники Ехо», Макс проиграл своему бывшему начальнику Джуффину в карты — и теперь должен вернуться. Но город за время его отсутствия изменился. После того, как в финале «Лабиринтов» Макс укрепил Сердце Мира, в Объединённом Королевстве стала разрешена магия более высоких уровней, чем раньше, — и теперь в Ехо колдуют все кому не лень, при этом не обращая магию во зло, а просто преумножая с её помощью радость бытия. Но, кроме счастливых жителей, по столице ходят пришельцы из других миров - сновидцы, которые грезят о прекрасном волшебном городе. Это случилось после того, как в той же «Тубурской игре» Нумминорих вывернул наизнанку шапку Датчуха Вахурмаха. И теперь сэру Максу предстоит искать самых заспавшихся и следить за тем, чтобы они не провалились в сон навсегда, - потому что в результате их физические тела, оставшиеся в родных мирах, страдают и даже умирают...

xkcd

xkcd

29 мая 2005 года в интернете появился стрип из двух кадров, на котором схематичный человечек дрейфовал в бочке посреди океана и задавал риторический вопрос: «Куда я поплыву дальше?». Так начинался xkcd — философский комикс о науке, повседневности и романтике, ставший культурным феноменом.

Номинально главными персонажами стрипов можно назвать Героя и Героиню (хотя некоторые фанаты считают центральным действующим лицом Высшую математику). Он и Она вместе с другими персонажами говорят о физике, интернете, лингвистике и отношениях, а также работают, путешествуют, смотрят на звёзды и строят замки из песка. Именно с постройки песочного замка начинается 1190-й стрип xkcd Time («Время»), получивший премию «Хьюго».

Замри. Замолчи

Замри. Замолчи

На мир обрушился неизвестный вирус и всего за девяносто лет отбросил человечество практически в железный век. Очаги технологической цивилизации сохранились только возле воды: на островах и в прибрежных зонах. Жители северной Европы — исландцы, шведы, датчане, норвежцы и финны — с разным успехом ведут борьбу за выживание. По скандинавским лесам бродят тролли и неизведанные чудовища, а в людских поселениях рождаются дети, владеющие магией...

Добро пожаловать в суровый скандинавский посгапокалиптический мир, сдобренный северной мифологией и магией! Согласитесь, уже только за такое нетривиальное сочетание стоит добавить «Замри. Замолчи» в закладки. Комикс пока насчитывает несколько глав — они знакомят нас с предысторией катастрофы и командой героев, которые отправились в заражённые земли на поиски сгинувших технологий и книг. Автор с любовью прописывает историю мира, его культуру, политику, не скупясь на детали: в нашем распоряжении карты, подробные справки о каждом из народов и даже агитплакаты с кошками-монстерхантерами. Повествование балансирует на тонкой грани между романом-катастрофой и мистической сказкой, периодически притворяясь чуть ли не лёгкой комедией отношений - герои шутят и переругиваются до тех пор, пока тьма не потянет к ним ледяные щупальца, напоминая, что старому миру пришёл конец и повсюду таится смерть.