вторник, 22 октября 2013 г.

Dragon Age: Мир Тедаса. Том 1

Мы отражали нашествие Порождений тьмы на Ферелден, искали приключений в землях Вольной Марки, оказывались в центре конфликта магов и храмовников в Киркволле... Но при этом видели лишь малую часть вселенной Dragon Age. По меркам фантастических миров она ещё очень молода, но уже очень хорошо прописана. Энциклопедия «Мир Тедаса» предлагает нам глубже окунуться в эту вселенную.

Студия BioWare сделала себе имя на играх по мотивам популярнейших межавторских вселенных - «Забытые королевства» и «Звёздные войны». Участвуя в развитии столь масштабных франшиз, канадские разработчики набрались опыта, который пришёлся очень кстати, когда они взялись создавать собственные миры. И Mass Effect, и Dragon Age с первых же дней не сводились только к играм — наряду с ними выходило множество сопутствующей продукции: мультфильмы, романы, комиксы, настолки, артбуки...

Весной нынешнего года перечень изданий по Dragon Age пополнился и первым томом энциклопедии «Мир Тедаса». Спустя всего несколько месяцев она появилась и в наших палестинах, куда подобные книги, к сожалению, пока добираются редко.

Эндрю Тейлор. Анатомия призраков

Англия, 1786 год. Обедневший лондонский книготорговец Джон Холдсворт получает неожиданное поручение от могущественной леди Олдершоу: отправиться в Кембридж и расследовать причины внезапного сумасшествия ее сына Фрэнка, который якобы видел привидение...

Только дочитав книгу до конца, можно понять, насколько точное и многогранное у неё название. Во-первых, «Анатомия призраков» — это заголовок не только романа Эндрю Тейлора, но и трактата главного героя, Джона Холдсворта. Он написал свою книгу после гибели маленького сына и умопомешательства жены, которая страдала навязчивой идеей — пыталась установить контакт с духом ребёнка. В своём трактате, написанном вполне в стиле века Просвещения, Холдсворт настойчиво уверял читателей, что привидений не бывает — во всяком случае, ни одного документально подтверждённого случая встречи с призраком наука не знает, Этот трактат, который был для Холдсворта и отдушиной, и жестом отчаяния, определил и дальнейшую судьбу героя, и сюжет романа. Именно благодаря «Анатомии призраков» на книготорговца обратила внимание леди Олдершоу — уже после того, как в мир иной отправилась и жена Джона, причём он не без оснований винил себя в её смерти.

Стивен Кинг. Ветер сквозь замочную скважину

Роланда Дискейна и его ка-тет (Эдди, Сюзанну, Джейка и зверька Ыша) в пути настигает чудовищный ветер-стыловей. Пока они прячутся в укрытии, Роланд рассказывает спутникам две истории — быль и сказку...

«Ветер сквозь замочную скважину» (номинально роман, но фактически это скорее повесть) был обречён стать событием. Возвращение Стивена Кинга в мир, который он сам полагает своим главным творением, казалось слишком невозможным, чтобы фанаты могли в него поверить. Впрочем, кое-кто надеялся, что король ужасов продолжит «Тёмную Башню» или даже перепишет финал, который устроил далеко не всех. Но нет: мы получили произведение, которое, по словам автора, должно встать аккурат между «Колдуном и кристаллом» и «Волками Кальи», «то есть, наверное, его можно назвать “ТБ-4,5"», как пишет Кинг в предисловии. Иначе говоря, без этой книги можно было бы и обойтись, но раз она есть — как не полюбопытствовать?

В том же предисловии автор поясняет, что тем, кто не читал цикл «Тёмная Башня» полностью, всё равно должно быть понятно, о чём идет речь в «Ветре сквозь замочную скважину». На всякий случай автор очень вкратце рассказывает, что представляет собой Срединный мир, в котором происходит действие книги, и этим ограничивается. А зря. Для понимания истории всё-таки недостаёт многих сведений - как о самом мире, так и о пути главных героев. Вопрос «Куда и зачем идёт ка-тет?» для незнакомых с циклом так и останется без ответа, впрочем, как и многие другие вопросы.

Юлия Зонис, Екатерина Чернявская. Хозяин зеркал

Когда-то здесь правила Снежная Королева, ледяная красавица, вечно юная, превыше всего ценящая постоянство. Потом с неба спустились люди-буквы, Господин F, Господин Р. и Господин W. — Голод, Чума и Война. Они свергли правительницу, заняв её место. Но и этому жуткому триумвирату не вечно восседать на троне: в латинском алфавите есть и другие буквы, а у Третьего Круга, как называют этот мир его обитатели, может быть только один хозяин.

Фантастика — литература по большей части «формульная». Достаточно прочитать пять, десять, двадцать страниц почти любого фантастического опуса, чтобы в общих чертах понять, «о чём кино». Форма диктует содержание, жанр (или субжанр: «твердая» НФ, киберпанк, космоопера, тёмное фэнтези, хоррор...), задаёт направление сюжету. Количество комбинаций велико — больше, чем в классическом детективе, — но не идёт ни в какое сравнение со старыми добрыми шахматами. Задал границы — никуда не денешься, как ни рыпайся. Начал писать о мужественных варварах и суровых северных богах - забудь о звездолётах и биотехнологиях. Отчасти за это одни любят фантастику до умопомрачения, а другие — тихо ненавидят.

Владимир Аренев. Мастер дороги

Ретроспектива пятнадцати лет творчества, которая показывает эволюцию Владимира Аренева как писателя.

Каждый писатель выбирает собственный путь. Кто-то, однажды добившись относительного успеха, обречён на бесконечные самоповторы. Кто-то, потерпев неудачу с тем, что действительно любит, начинает гнаться за модой. А кто-то терпеливо и скрупулёзно сочиняет, постоянно совершенствуя стиль, ставя перед собой новые задачи и никогда не останавливаясь на достигнутом. «Мастер дороги» демонстрирует, что Владимир Аренев — писатель из третьей категории.

Рассказы в сборнике расположены произвольно. Фэнтези соседствует с юмористической зарисовкой, триллер с мистической мелодрамой, фантасмагория с социальной фантастикой, а Джозеф Кэмпбелл с Говардом Лавкрафтом, но тем не менее некий общий подход к творчеству и эволюцию автора проследить можно.

Судя по сборнику, Аренев — писатель литературоцентричный, и чем старше он становится, тем более его проза насыщена раскавыченными цитатами, отсылками к другим текстам, аллюзиями и прочими элементами постмодернистской игры. Почти во всех рассказах автор не чужд культурологических загадок — он с удовольствием демонстрирует свою эрудицию и умело сплетает в единый клубок нити из различных историй и текстов. К сожалению, вещи, где эта манера выходит на первый план, где концепция преобладает над деталью, получаются сухими и схематичными. Среди таких можно назвать заглавную повесть сборника, построенную на идеях сравнительной мифологии Джозефа Кэмпбелла. Хитро придуманная, крепко сделанная повесть остаётся всего лишь умозрительной схемой, лишённой той живости детали, которая присуща другим произведениям Аренева.

Михаил Успенский. Богатыристика Кости Жихарева

С каждым новым поколением герои вырождаются. Это правило справедливо для любого эпоса. Но иногда среди их потомков появляются фигуры, чем-то напоминающие великих пращуров. Юный Костя из Кислорецка силушкой молодецкой не уступает своему предку, сильномогучему Жихарю из Многоборья. А вот с характером не повезло: попросту говоря, нет его у Кости. Но, может быть, дело в том, что родился он в наши дни, а не в суровые былинные времена?..

Что потенциальный читатель должен знать об этой книге в первую очередь? А вот что: «Богатыристика Кости Жихарева» — на самом деле не роман! Да и вообще к художественной литературе относится постольку-поскольку. Скорее это популярный путеводитель по миру русских былин: помните «Удивительные приключения в Шахматной стране», «Удивительные приключения в стране Экономика» и другие поучительные книжки для детей среднешкольного возраста? Примерно в той же манере Михаил Глебович знакомит современных великовозрастных оболтусов с историей и центральными фигурами национального героического эпоса. Костя Жихарев, здоровый как бык, но слабовольный подросток, отправляется на лето к прабабушке Патрикее Маркидоновне — вырабатывать характер. Оттуда-то его и сманивает случайно закатившийся Колобок, который именует себя не иначе как Виссарионом Глобальным. Сманивает за речку Смородину, за Калинов мост, в страну, где царит мифологическое время, а на богатырской заставе зорко бдят Алёша Попович, Добрыня Никитич и старый казак Илья Муромец. Впрочем, всё это, как говорят филологи, опоясывающий сюжет. И понадобился он Успенскому исключительно для того, чтобы в простых доходчивых выражениях рассказать о жизни Древней Руси — и о том, как эта жизнь отразилась в былинах. Познакомить читателей с биографиями самых известных богатырей, поведать о трикстерах-скоморохах. о ритуале инициации, о происхождении «пиров на весь мир»... А заодно объяснить, что такое анахронизм, кто такие хтонические персонажи, в чём специфика мифологического времени и пространства. От имени Колобка, в форме как-бы-лекции — по авторскому определению.