среда, 3 сентября 2014 г.

Тальма Лобель. Теплая чашка в холодный день

Тальма Лобель. Теплая чашка в холодный день
В своей книге известный американский психолог Тальма Лобель рассказывает, как реакции наших органов чувств на внешние раздражители подсознательно влияют на наше поведение и решения, которые мы принимаем. Наш организм устроен так, что какие-то ощущения ― тепло, мягкость поверхности, сладость вкуса ― нам приятны, а какие-то ― холод, твердость, горечь и т.д. ― вызывают неприязнь и беспокойство. Можно ли научиться понимать «язык тела» и использовать эти знания с пользой для себя? Конечно!

О том, как поднимать настроение себе и близким, создавать комфортные условия для жизни дома и общения работе, и даже влиять на исход важных переговоров, применяя познания о «физическом» интеллекте, рассказывает известный американский психолог Тальма Лобель. В своих выводах автор опирается на результаты многочисленных научных исследований и экспериментов и любопытные примеры из собственной практики.

Глава из книги (эксклюзив от издательства "Альпина паблишер"):

Космос, ментальный рубеж: физическая и психологическая дистанция

Когда я говорю о космосе, то имею в виду не галактические просторы Вселенной, ради знакомства с которыми надо идти в планетарий: такая экскурсия, конечно, была бы интересна, но в этой области я не специалист. Здесь я говорю о личном «космосе» — нашем персональном пространстве. Низко ли мы сидим или высоко, рядом с другими или в отдалении, много ли места занимаем — все это влияет на наше мнение и поступки самым удивительным образом.

Ярослав Кудлач. Последняя фреска

Ярослав Кудлач. Последняя фреска
Уж сколько раз твердили: чем упорнее ищешь древние артефакты, тем больше шансов выпустить на свободу демонов или проклятие. Но колдунья Магдалена Ланц не слушала предостережений. С её лёгкой руки василиск, хранитель швейцарского города Базеля, просыпается и начинает искать врагов, заточивших его в тело человека столетия назад.

Уже с первой главы ясно, что добром дело не кончится. Напряжённый настрой создаётся с самого начала. Например, описание персонажей даётся в виде словесных портретов (рост, вес и так далее) из криминальной сводки, глазами офицера полиции, который вспоминает о нераскрытом деле и жалеет, что не удалось избежать жертв. Это работает на атмосферу, придавая тексту оттенок документальности. Но при этом «портретность» героев вступает в противоречие с сюжетом. Ведь «фото» не может говорить, двигаться, обладать привычками... Получается нестыковка: с одной стороны - формальная подача материала, с другой - ощущение «не верю!». Откуда в полицейском отчёте взяться подробностям об интонациях и пристрастиях героев? То, что автор поначалу излишне увлекается описанием героев, не даёт как следует погрузиться в текст. В результате первые главы превращаются в испытание для читателя: полтора десятка трудноразличимых героев говорят и действуют практически одновременно - голова идёт кругом.

Артём Тихомиров. Оруженосец

Артём Тихомиров. Оруженосец
Принцесса Элина с детства любила истории про рыцарей. И пусть родители мечтают выдать её замуж за урода-принца из соседнего государства — у девушки на жизнь совсем другие планы. Переодевшись юношей, она сбегает из дома и поступает в оруженосцы к принцу Каю из Керузии. Правда, вскоре рыцарь попадает под злые чары могущественной чернокнижницы, но Эмма не теряется. Она ведь тоже не лыком шита — много ли принцесс могут одной рукой приподнять дом?

Юмористическое, а уж тем более пародийное фэнтези - жанр, требующий особого таланта. И если на обложке не стоит «сэр Терри Пратчетт», то шансов на то, что роман окажется по-настоящему остроумным и смешным, не так уж много. Однако Тихомирову удаётся не только рассмешить читателя, но и рассказать увлекательную историю.

Роман полон пародий на классическое фэнтези и аллюзий на современность. Так, подвиги в мире Трёхсот королевств поставлены на поток, и каждый рыцарь имеет своего агента. Злые прислужники перед тем, как попасть на работу к Тёмному Властелину, должны пройти специальное обучение. А каждый приличный волшебник обязан владеть хотя бы одной личной башней - иначе какой клиент воспримет его всерьёз?

В этом суматошном мире обитают главные герои, на первый взгляд абсолютно стереотипные - благородный рыцарь Кай, вздорная принцесса Эмма, слегка сумасшедший маг Смарагульф и коварная колдунья Лорена. Но при этом принцесса владеет силой, достойной самого Геракла, шальной Смарагульф оказывается весьма достойным магом и спасает Эмму в самые неожиданные моменты, а Лорена и вовсе вместо того, чтобы, как и положено злым волшебницам, извести принца, придумывает пытку пострашнее, решив выйти за него замуж.

Лана Ежова. Тень её высочества

Лана Ежова. Тень её высочества
Шесть лет девушка-метаморф Эва справлялась с ролью двойника имперской наследницы, пока сама принцесса Мариэлла пряталась от возможных покушений. И наступил день, когда «тени её высочества» пришлось возложить на свою голову Звёздный венец, который, по идее, должен беспощадно уничтожать возможных самозванцев. Но артефакт неожиданно признал новую хозяйку. В чём же дело?

Романом «Тень её высочества» Лана Ежова, вероятно, откроет новый фэнтезийный цикл. Причём если до этого писательница подвизалась на поприще сентиментального городского фэнтези, то теперь мы имеем дело с фэнтези эпическим, да ещё с претензией на психологизм. Писательнице удалось создать непротиворечивую и достаточно хорошо прописанную магическую вселенную, где обитают всевозможные волшебные расы вроде метаморфов-хэмеллов, мутантов-элементи, пегасов-ламчерионов. Главной героиней стала представительница одной из таких нечеловеческих рас, подвергающейся в этом мире гонениям.

Действие книги происходит в столице и отдалённых уголках Северной империи, в сопредельных с нею государствах, а также в настоящем, недалёком прошлом и в совсем уж седой древности. Из-за постоянных перемещений в пространстве и времени и избыточного количества персонажей порой путаешься: кто, зачем, почему и на чьей стороне сражается?

Егор Чекрыгин. Странный приятель. Сокровища Империи

Егор Чекрыгин. Странный приятель. Сокровища Империи
Неразлучным друзьям, молодым офицерам Ренки Дарээку и Готору Готору, а также их подруге Одивии Ваксай, поручено разыскать Амулет — одну из Священных Реликвий Старой Империи. Ну, а попутно они должны оберегать королевство Тооредаан и лично короля от вражеских козней.

Цикл Егора Чекрыгина «Странный приятель», куда входит роман «Сокровища Империи», довольно сложно отнести к какому-либо конкретному жанру фантастики. В основе сюжета - приключения попадания, заброшенного на планету, похожую на Землю. Однако наряду с этим здесь имеются элементы постапокалипсиса и явные сатирические нотки. Книги чем-то напоминают сочинения просветителей XVIII столетия, в частности - повесть Вольтера «Кандид» и «Путешествия Гулливера» Свифта. А ещё знаменитую мушкетёрскую трилогию Дюма. Может, потому, что действие также происходит в условное Новое время?

Главный герой Готор, попаданец, похож одновременно на Атоса (роль д'Артаньяна играет его друг Ренки Дарээк), «приручившего» всемогущего Ришелье (в романе Риишлее), и на предприимчивого янки, который поставил на дыбы королевство Артура. Готор деятелен и, главное, удачлив - любое дело ему по плечу. В «Сокровищах Империи» поиски очередного могущественного «артефакта» древности - это лишь двигатель одной из сюжетных линий. На самом деле автору куда более важно показать очередной этап преобразовательной деятельности героя: на сей раз Готор озабочен созданием мощного военного флота и системы гражданской обороны имперских городов.

Ханну Райаниеми. Фрактальный принц

Ханну Райаниеми. Фрактальный принц
В далёком будущем Солнечная система отнюдь не станет раем — даже если смерть биологическую наши потомки и сумеют обуздать. О каждого своё представление о том, каким путём должна развиваться цивилизация, и все — представители Соборности, кланы Зоку, драконы и джинны — стремятся воплотить в жизнь свои идеалы...

Каждое открытие, связанное с массовыми технологиями, проходит несколько стадий. Сперва они настолько дороги, что доступны лишь единицам. Затем их доступность увеличивается, цена резко падает, технологии становятся не просто частью повседневной жизни, но превращаются в «невидимый» элемент пейзажа. Наконец, на следующей стадии такая технология используется уже не по прямому назначению, а для развлекательных целей.

Фантасты, «изобретая» в своих книгах ту или иную технологию, поневоле проводят её через те же стадии. Если поначалу машина времени, межпланетные путешествия, телепортация и прочие пока недостижимые для нас чудеса становились полноценными «героями» отдельных произведений, то со временем - и развитием жанра - ситуация менялась. Фантастика - литература конвенциональная, читатели и писатели составляют некую субкультуру со своим языком, и каждое очередное «открытие» с годами становится частью этого языка. Сейчас никто уже не разъясняет читателю, что такое телепортация или клонирование, разве что могут иметь значение те или иные нюансы применения этих терминов в конкретном произведении.

А теперь представьте себе, каково было бы читать современную НФ человеку, жившему, допустим, в 1930-е годы. Представили? Вот примерно в этой же роли оказывается наш читатель, когда ему предлагают некоторые новейшие переводные НФ-романы. Слишком велик разрыв между тем, что стало очевидным для англоязычного вдумчивого читателя, и уровнем представлений о современной физике, космологии, информационных технологиях у среднестатистического россиянина, даже если он вырос не только на Головачёве и «сточкерах».

Стивен Танни. Стопроцентно лунный мальчик

Стивен Танни. Стопроцентно лунный мальчик
Большинство людей одинаковы, на какой бы планете они ни родились. И только на спутнике Земли встречаются уникумы - «стопроцентно лунные». Шестнадцатилетний Иеронимус как раз из таких. «Лунные» способны видеть четвёртый базовый цвет и, по мнению людей, знают будущее. «Лунных» считают мутантами, чей прямой взгляд способен свести обычного человека с ума. Но разве можно отказать, когда невероятно красивая девушка просит снять защитные очки, особенно если она с далёкой Земли? Вот и Шеронимус не смог...

Стивен Танни - совсем не писатель-фантаст. Ему пятьдесят пять, он художник и музыкант - за прошедшие годы выпустил четырнадцать альбомов, провёл множество выставок собственных картин. И написал аж два романа с разницей в восемнадцать лет. Первый из них - «Флан» - история о путешествии молодого человека в поисках своей подруги по постапокалиптической Америке. Второй - тот самый «Стопроцентно лунный мальчик», о котором сейчас и пойдёт речь.

С первых страниц видно, что Танни игнорирует сложившиеся традиции современной Young Adult фантастики. Кстати, слово «подростковая», которым обычно переводят этот термин, не слишком точно передаёт целевую аудиторию подобных книг; точнее будет - «молодёжная», ведь эти произведения (в том числе и роман Танни) рассчитаны на читателей лет от тринадцати и эдак до тридцати. Корни же «Лунного мальчика» стоит искать не в юношеских хитах вроде «Гарри Поттера», «Сумерек» или «Голодных игр», а скорее в Золотом веке американской НФ и в «новой волне». В процессе чтения так и напрашиваются параллели с написанными для юношества книгами Хайнлайна, а от «новой волны» в романе - лёгкое безумие образного ряда, нестандартные сравнения и эксперименты со стилем.

Джефф Карлсон. Наночума. Проклятый год

Джефф Карлсон. Наночума. Проклятый год
Смертельно опасный нановирус уничтожил большую часть человечества. Год спустя горстки выживших людей ведут борьбу за свободные от вируса высокогорные территории, а учёные пытаются найти средство против невидимого врага.

Аннотация к первому роману трилогии Джеффа Карлсона - не самая соблазнительная для поклонников постапокалиптического жанра. Банальнее эпидемии, которая выкосила 90 процентов человечества, только зомби, вампиры и вторжение инопланетян. Однако автор лишний раз доказывает, что даже банальную идею можно сделать интересной, если ярко описывать события и концентрировать внимание на людях, выживающих в этом кошмаре. Ведь ценность постапокалипсиса как жанра именно в том, что он ставит героев в пограничную ситуацию. И от того, как они себя проявят, зависит выживание не только их самих и их близких, но порой и человечества в целом. Как правило, авторы оптимистичны: они верят, что человечество преодолеет все трудности и продолжит свою жизнь на Земле.

Карлсона можно назвать оптимистичным в том, что касается будущего наших соплеменников, — по крайней мере, в первой книге трилогии. Но его взгляд на людей скорее реалистичен. Нет, он не злоупотребляет живописанием того, как низко пали остатки человечества, растерявшего в борьбе за выживание все гуманистические ценности. Но и радостным повествование не назовёшь. Писатель находит равновесие, точнее всего описывающееся банальной фразой: «Люди бывают разные». Да, некоторые выжившие начнут есть друг друга. Но будут и те, кто найдёт другие способы пропитания. Да, многие станут воевать за не заражённые вирусом территории: в романе такую войну ведут русские и мусульмане за Кавказ, а индусы и китайцы - за Тибет. Но некоторые найдут и возможность сотрудничества. Да, власть предержащие часто думают лишь о сохранении своего могущества, даже в нечеловеческих условиях, а военные только выполняют приказы. Но всегда найдётся тот, кто сделает свой выбор не в пользу присяги и тем самым спасёт тысячи жизней.

Энди Вейер. Марсианин

Энди Вейер. Марсианин
Астронавту Марку Уотни не повезло. Он остался один на Марсе, после того как остальные члены экспедиции были вынуждены экстренно эвакуироваться с планеты. Более того, всё человечество уверено, что Марк погиб. Пищи и воды ему хватит меньше чем на год, а ближайший корабль с Земли прилетит лет через пять, если вообще прилетит. Сотни придётся применить все свои знания и смекалку, чтобы протянуть до прибытия корабля...

Программист Энди Вейер с ранних лег увлекался научной фантастикой, астрономией и историей освоения космоса. Со временем увлечение переросло в желание написать книгу об одиноком астронавте на Марсе Энди очень ответственно подошёл к делу. Он годами прорабатывал идею, тщательно изучал всю доступную информацию, рассматривал карты Красной планеты и фотографии со спутников, рассчитывал химические реакции и количество необходимых для выживания калорий. Чтобы правдоподобно описать курсы движения кораблей и беспилотных зондов, Вейеру даже пришлось создать собственное программное обеспечение которое учитывало постоянно меняющиеся орбиты небесных тел!

Завершив книгу, Энди стал предлагать её литературным агентам, но везде получал отказ. Отчаявшись, он выложил текст в свободном доступе на своём сайте. Несколько месяцев спустя автора попросили разместить произведение на «Амазоне». Вейер, не особо веря в успех, согласился и выставил на «Марсианина» минимально возможную цену. Вскоре роман возглавлял списки бестселлеров, а права на бумажную публикацию были проданы за семизначную сумму.

Владимир Данихнов. Колыбельная

Владимир Данихнов. Колыбельная
Жизнь во сне (или жизнь как сон) - одна из классических тем романтической литературы. Персонажи «Колыбельной» тоже живут словно в полудрёме, но романтической эту книгу не назовёшь при всём желании. Герои Владимира Данихнова механически убивают, не испытывая никаких эмоций, механически расследуют убийства — чувства дремлют, желания тлеют под толстой коркой золы... И, кажется, любой из этих персонажей может оказаться жестоким маньяком, получившим у газетчиков хлёсткое прозвище Молния.

Самый глубокий ужас - это ужас обыденности. Ни одна история про оборотней и вампиров, ни один хоррор с расчленёнкой, каннибализмом и кровавыми жертвоприношениями не сравнится с этим страхом, угнездившимся в каждом из нас. Вставать каждое утро, собираться, преодолевая тоску, ехать по серым улицам, отсиживать пустые часы за постылой работой, вяло перекладывать бумажки с места на место, вечерами обессиленно засыпать на продавленном диване под шум телевизионных помех... Жить без цели, жить без смысла, по инерции отрабатывать завод не нами заведённого механизма, как в тяжёлом сне, где женщины не радуют, дети не умиляют, а старики не вызывают почтения, - вот что по-настоящему жутко. Пожалуй, даже смерть пугает меньше, чем обречённость на этот замкнутый круг.