понедельник, 23 сентября 2013 г.

Джулиан Барнс. Предчувствие конца

Впервые на русском — новейший роман, пожалуй, самого яркого и оригинального прозаика современной Британии. Роман, получивший в 2011 году Букеровскую премию — одну из наиболее престижных литературных наград в мире.

В класс элитной школы, где учатся Тони Уэбстер и его друзья Колин и Алекс, приходит новенький — Адриан Финн. Неразлучная троица быстро становится четверкой, но Адриан держится наособицу: „Мы вечно прикалывались и очень редко говорили всерьез. А наш новый одноклассник вечно говорил всерьез и очень редко прикалывался“. После школы четверо клянутся в вечной дружбе — и надолго расходятся в разные стороны; виной тому романтические переживания и взрослые заботы, неожиданная трагедия и желание поскорее выбросить ее из головы… И вот постаревший на сорок лет Тони получает неожиданное письмо от адвоката и, начиная раскручивать хитросплетенный клубок причин и следствий, понимает, что прошлое, казавшееся таким простым и ясным, таит немало шокирующих сюрпризов…

Отрывок из книги:

Вот что мне запомнилось (в произвольной последовательности):

— лоснящаяся внутренняя сторона запястья;
— пар, который валит из мокрой раковины, куда со смехом отправили раскаленную сковородку;
— сгустки спермы, что кружат в сливном отверстии, перед тем как устремиться вниз с высоты верхнего этажа;
— вздыбленная пенной волной река, текущая, вопреки здравому смыслу, вспять под лучами пяти-шести фонариков;
— другая река, широкая, серая, текущая непонятно куда, потому что ее будоражит колючий ветер;
— запертая дверь, а за ней — давно остывшая ванна.

Последнее, вообще говоря, я сам не видел, но память в конечном итоге сохраняет не только увиденное.

Ивлин Во. Мерзкая плоть

"Бурные двадцатые" в Англии. Время, когда викторианская мораль разрушена безвозвратно и на смену ей приходит бешеная жажда жизни, удовольствий и развлечений.

Осколкам недавно могущественной английской аристократии предстоит каким-то образом вписаться в новые времена и нравы, тон которым задают всемогущие ныне нувориши. Кто-то сходит с ума и гибнет. Кто-то с легкостью принимает правила игры.

А что делать всем остальным?

Отрывок из книги:

Всем было ясно, что качки не миновать.

Отец Ротшильд, иезуит, с чисто восточным фатализмом поставил свой чемодан в углу бара и вышел на палубу. (Чемодан был небольшой, из поддельной крокодиловой кожи. Инициалы, выдавленные на нем готическим шрифтом, были не отца Ротшильда — он в то утро попросил на время чемодан у лакея французской гостиницы, где провел ночь. Содержимое его составляло кое-какое белье, шесть очень нужных новых книг на шести языках, накладная борода и школьный географический атлас с испещренным пометками указателем.) Выйдя на палубу, отец Ротшильд облокотился о поручни, подпер ладонями подбородок и стал смотреть, как по трапу поднимаются пассажиры, все как один со сдержанно-опасливым выражением на лицах.

Большинство этих лиц было иезуиту знакомо, так как он обладал счастливой способностью запоминать все, что можно было узнать, обо всех, кто мог представлять хоть какой-то интерес. Язык его чуть высунулся наружу, и, не будь мысли пассажиров так заняты багажом и погодой, кто-нибудь из них мог бы заметить, как он похож на те гипсовые копии с химер собора Парижской богоматери, которые можно увидеть в витринах художественных магазинов, где они, покрашенные в цвет «старой слоновой кости», пытливо глядят на вас из-за наборов кистей и трафаретов, разноцветного пластилина и тюбиков с акварельными красками. Высоко над его головой, на фоне темнеющего неба, проплыл видавший виды «паккард» миссис Мелроз Оранг, неся на себе пыль трех континентов, а на палубу поднялась во главе своих ангелов сама миссис Мелроз Оранг, знаменитая проповедница.

Джордж Лукас: тайная любовь джедая


Этим летом в Чикаго стояла невыносимая жара, и Меллоди Хобсон мечтала поскорее закруглиться с делами: ей было необходимо привести все в порядок в своем чикагском офисе, ведь, возможно, она теперь здесь долго не появится. Дел оказалось просто невпроворот — как-никак Меллоди занимала пост главы совета директоров компании Dream Works Animation.

 Вас можно поздравить? — откуда ни возьмись подлетел к Меллоди задорный журналист со смешным фальцетом, никак не подходящим к его долговязой фигуре.

— Поздравить с чем? — оторопела Меллоди Хобсон.

— То есть как с чем? Со свадьбой, конечно! С самой крутой свадьбой века с самым крутым женихом века!

— А кто вас, собственно, сюда пустил? — Меллоди, секунду назад заливисто хохотавшая над чем-то с подругой, вдруг перешла на сухой, официальный тон. Впрочем, увидев вытянувшееся лицо парня, сменила гнев на милость:

— Слушай, не обижайся. Просто мой муж очень не любит, чтобы я давала интервью.

Тиль Швайгер: развод по-германски


Дана прислушалась к доносившемуся со второго этажа девчачьему визгу, осторожно, стараясь не щелкнуть ручкой, прикрыла дверь в комнату и, сев напротив мужа, посмотрела ему в глаза:

— Послушай, Тильман, так больше нельзя...

Ну вот, началось. Если Дана называет его полным именем, это означает, что она настроена на серьезный разговор... Сейчас она опять начнет задавать вопросы, на которые у него нет ответов... И если не пресечь эти разговоры на корню, настроение будет испорчено на весь день. А он встал сегодня в шесть утра и рванул из Берлина в Гамбург вовсе не для того, чтобы расстраиваться...

— Послушай, Дана, давай поговорим попозже... Вечером, когда мы с детьми вернемся из зоопарка...

Полюбить себя

И ничего-то мы опять не успели!.. А какие были планы, знали бы вы!.. Впрочем, наверняка у вас были точно такие же.

Во-первых, конечно, этим летом мы собирались «как следует организовать детский отдых». Ведь эдак невозможно жить!.. Сидеть на восьмом этаже, приладив наушники на перегретую голову, а ноутбук на безвольный живот, безостановочно пялиться в экран, где прыгают, бегают, стреляют, убивают, добывают - сколько это будет продолжаться?! Нет, а других интересов никаких нету?! Что за бессмыслица, пошел бы на улицу, съездил бы к дедушке, помог приладить навес, он там уже лет пять какой-то навес прилаживает, вот и помог бы!.. Тебе что, больше заняться нечем?! Нечем, нечем, мы прекрасно это понимаем, оттого и злимся, и орем, и негодуем. А чем заняться-то?.. Ну, про спорт, секции, корты, бассейны, волейбол по вечерам забыли. Какие секции, какой волейбол?! Корты по летнему времени стоят миллион за час, а может, два миллиона за два часа, на дверь спортивной школы прилажен висячий замок, чтобы враг уж точно не прорвался, единственный в нашем пригороде стадион несколько лет назад улучшили - теперь он красив дивной, сказочной, очень спортивной красотой, обнесен решеткой, охраняется вялыми людьми в формах и проникнуть на него нельзя. Ну бассейна у нас не было никогда, хотя последние лет двадцать ходят слухи, что вот-вот построят. Видимо, уже совсем скоро возведут, но пока что нет.

Враг женщин № 1

В российский прокат вышел фильм «Лавлейс» - кинобиография американской актрисы Линды Лавлейс, прославившейся единственной ролью - скандальной, непристойной и погубившей карьеру актрисы. В жизни, однако, не все было, как в кино...


Линда Лавлейс - первая порнозвезда «с именем». До нее никто даже не интересовался, как зовут актрис, снимающихся в фильмах категории X, потому что ленты такого сорта существовали в виде бессюжетных короткометражек. «Глубокая глотка», прославившая Линду, был первым порнографическим фильмом, вышедшим в широкий прокат. Он был снят в цвете, на 35-миллиметровой пленке, с нормальным студийным освещением. Там были осмысленные диалоги, подобие сюжета, характеры и даже специально написанная для фильма песня, ставшая хитом. Его посмотрело рекордное количество зрителей, и доход, который он принес своим создателям, был для своего жанра и времени тоже рекордный. Точная сумма, однако, неизвестна и в источниках варьируется от 100 до 600 миллионов долларов. При бюджете в три тысячи. Впрочем, иные авторы утверждают, что бюджет был более солидным - 22 000 долларов. И что 600 миллионов фильм сам по себе получить не мог, но поскольку снят был на деньги мафии и фактически принадлежал одному из мелких «крестных отцов», Лу Перейно, то при прокате «отмывалась» выручка от торговли наркотиками и проституции.

Янко Цветков. Атлас стереотипов и предрассудков

Этнические противостояния издревле были плодородной почвой, на которой буйным цветом расцветали самые нелепые стереотипы. Национальная гордость, граничащая с чувством превосходства, нередко мешает видеть реальность. В своем сатирическом атласе Янко Цветков представляет все вариации предубеждений и иллюзий, на которые способен человеческий разум, - от мира глазами первобытного человека до карты Европы в 2022 году, - сопровождая их остроумными эссе на исторические и геополитические темы.

Отрывок из книги:

Предисловие

Наконец-то жара хоть немного спала. Август на исходе. Не немецкий август — испанский. Такой август, когда на солнце можно поджариться за считаные минуты, если оставить кожу неприкрытой. Такой август, когда сухие ветра Сахары, впитав влагу Средиземного моря, размазывают ее по вашему лицу маслянистым слоем, который не смывается даже под душем. У многих сейчас заканчиваются летние отпуска — по крайней мере у тех, кому посчастливилось иметь работу, от которой нужно отдыхать.

Моя лента в Twitter трещит по швам, забитая жалобными постами: друзья из Англии и Германии оплакивают окончание своих отпусков и с ужасом думают о погоде, ожидающей их дома. Иногда меня так и подмывает вступить с ними в полемику, заметив, что парочку недель еще можно повариться в собственном соку, но провести так все лето — отнюдь не весело.

Артур Соломонов. Театральная история

Неудачливому актеру знаменитого театра снится сон: он назначен на роль Джульетты. Вскоре, впервые за долгие годы службы, режиссер вызывает его для важного разговора. Так начинаются полные юмора и печали приключения главного героя, в которых примут участие священники и режиссеры, журналисты и артисты, красивые женщины, олигархи и домашние коты.

Действие разворачивается в прославленном московском театре и в одном из православных храмов. За власть над публикой и паствой борются режиссер и священник. Мир театра — смешной и трагичный — в романе показан как символ современного общества: артистов поглощают тщеславие и жажда самореализации; журналисты заняты поиском чего угодно, кроме правды; священнослужитель плетет интриги и вступает в альянс с «сильными мира сего». Но в театре кипят и другие страсти: сюжетная основа книги — непредсказуемая и драматичная история любви. В «Театральной истории» сплетаются смелая социальная сатира и глубокий психологический анализ, яркий юмор и захватывающий сюжет. Роман Артура Соломонова актуален, как сегодняшние новости, но его герои в той же степени принадлежат литературе, в какой и жизни.

Отрывок из книги:

Будильник кукарекнул — и сон погас.

Лицо Александра исказила недовольная гримаса. Он уже давно собирался сменить звук будильника, но каждый вечер забывал это сделать. А потому утром его неизменно будил хрипловатый приблатненный петух.

Мобильный мерцал и кукарекал все громче, все настойчивей. Александр протянул руку к тумбочке. Прошептал в полусонной ярости: «Заткни уже... поганые свои трели...» — и вырубил петуха. Попытался вернуться в сон. Но путь был закрыт. Тогда он решил избавиться, наконец, от утренних петушиных воплей. Приоткрыл левый глаз («пусть правый еще немного поспит») и, брезгливо прищуриваясь, зашел в «настройки». На экране появились какие-то значки. Каждый требовал внимания. Осмысленного подхода. Точной реакции.

Тонино Бенаквиста. Малавита 2

В 2005 г. вышедший в издательстве «Амфора» роман Т.Бенаквисты «Малавита» быстро стал сверхпопулярным среди поклонников прозы автора и произведений, написанных в жанре «парадоксальный детектив».

В центре сюжета романа – история американской семьи Блейков, которых судебные власти Франции прячут от преследования гангстеров в небольшом городке на континенте. Однажды от скуки отец семейства берется за перо, сочиняя собственный роман с необычным названием - «Малавита»…

Волшебных сказок не бывает - твердит герой. Даже если вы видите обычную жизнь вполне милых людей - не обольщайтесь. Что вы знаете о них? Не рождается ли у вашего соседа мысль убить своего врага? Рядом с вами давно находятся те, кто уже посмеялся над вашей невинностью. 

Тонино Бенаквиста, как умеет делать это только он, выстраивает фантастическое по нарастанию переживаний повествование. И тот самый фирменный знак - связать воедино психологический детектив с рафинированным интеллектуальным подтекстом - позволяет ему вновь создать без преувеличения уникальный роман. 

У мафии, ее кланов есть частная жизнь. Некоторые из "бывших" даже становятся писателями, но отпустит ли прошлое, если смотришь в глаза настоящего под другим именем?

Отрывок из книги:

Американский писатель Фредерик Уэйн никогда не был большим специалистом по несчастью. Самому ему пришлось повстречаться с ним лишь однажды, но это было в другой жизни.

Тонино Бенаквиста. Малавита

Увлекательный, полный тонкого юмора роман французского писателя Тонино Бенаквисты принадлежит к лучшим образцам иронического детектива, сочетая жесткость американского "Крестного отца" с тонким, чарующим французским ароматом. В 2013 году этот международный бестселлер получил наконец киновоплощение; постановщиком одноименного фильма выступил Люк Бессон, главные роли исполнили Роберт Де Ниро, Мишель Пфайффер, Томми Ли Джонс. 

Итак, семейство Блейков с собакой Малавитой, оставив в Штатах роскошный современный дом, перебралось жить во Францию, в небольшой городок Шолон-на-Авре. Вселялись тайком, стараясь не привлекать к себе внимания. На первый взгляд - обычная семья. Запомните главное: если они поселились по соседству, вам надо бежать без оглядки. Ведь на самом деле скромный писатель Блейк - бывший глава мафии, которого власти прячут здесь по программе защиты свидетелей. И вот в городок приезжают люди коза ностры...

Отрывок из книги:

Они заняли дом среди ночи.

Другая семья увидела бы в этом начало чего-то нового. Рассвет, с которого начнется вереница новых рассветов. Новая жизнь в новом городе. Редкий момент, который никак нельзя прожить в темноте.

А вот семейство Блейков вселилось в дом тайком, стараясь не привлекать к себе внимания. Магги, мать, вошла в дом первой, на всякий случай громко стуча каблуками по крыльцу, чтобы прогнать крыс, если те были, прошла все комнаты насквозь и остановилась в погребе, который показался ей чистым и идеально влажным для того, чтобы там дозревал круг пармезана и стояли ящики кьянти. Фредерик, отец семейства, исходно недолюбливавший грызунов, предоставил жене свободу действий и обошел дом с карманным фонариком, потом вышел на веранду, где кучей были свалены ржавая садовая мебель, вздувшийся теннисный стол и прочие неразличимые во тьме предметы.