среда, 16 июля 2014 г.

Артур Салякаев. Неслучайные связи: Нетворкинг как образ жизни

Артур Салякаев. Неслучайные связи: Нетворкинг как образ жизни
Безусловно, на жизнь каждого человека прямое влияние оказывает его окружение. Успешные люди отмечают, что большую часть окружающих их людей составляют такие же успешные люди. Книга «Неслучайные связи» написана с одной лишь целью: выявить пошаговые алгоритмы эффективного выстраивания связей человека.

Кто-то скажет, что это дело случая, везения или вовсе удачи! «Оказаться в нужном месте в нужное время» — вот что часто нам приходится слышать. Да, отчасти это соответствует действительности, однако исследования показали, что лишь на 15%. И наша главная задача  разобраться, в чем же секрет оставшихся 85%.

Книга написана для желающих систематизировать свои представления об отношениях между людьми, проанализировать свой социальный капитал и научиться двигаться к поставленным целям шаг за шагом.

Отрывок из книги (эксклюзив от издательства "Альпина паблишер"):

Глава 6. Паблисити

РАБОТА С ПЕЧАТНЫМИ СМИ

Хорошая редакционная статья
сообщает читателю не то,
что думает автор,
а то, что думает читатель.

Артур Бризбейн

Если вы нацелились повысить интерес к своей персоне со стороны ценных контактов, то особо значимым инструментом я считаю печатные и интернет-СМИ. Речь идет не о приплаченных «джинсах», в которых вы восхваляете себя. Такие подходы, скорее всего, станут причиной отстранения от вашей персоны, поскольку заказные статьи постоянные читатели «чуют» еще с обложки.

В этом же разделе речь пойдет о том, как взаимодействовать с различными СМИ для размещения в них совершенно бесплатно своих экспертных материалов. Да, вы не ошиблись, совершенно бесплатно. Меньше слов, перейдем к делу.

Дарья Донцова. Матрешка в перьях

Дарья Донцова. Матрешка в перьях
Вечно мне, Евлампии Романовой, неудобно отказывать людям! Мой старый друг Володя Костин попросил приютить его свояченицу Эжени. Сестрица супруги засиделась в девках, обратилась к сваху, а он посоветовал сменить имя и квартиру. Так Женя стала Эжени, попала в наш дом, и мне пришлось сопровождать ее на вечеринку, где девушка якобы встретит свою судьбу! Эжени действительно познакомилась с кавалером и укатила с ним в светлую даль… Мужчина, умыкнувший красотку, оказался мне знаком – совсем недавно я видела его на месте преступления!.. В наше детективное агентство обратился артист Вениамин Подольский: ему подбрасывали письма с угрозами. Пришлось мне «поработать» в его подъезде консьержкой. Сегодня Подольский попросил проводить его до кафе, но, когда мы переходили дорогу, кто-то застрелил моего подопечного! Одна шальная пуля попала в случайную прохожую, однако ее тело подхватил и увез какой-то подозрительный тип. Именно он на вечеринке охмурил Эжени, а я не смогла помешать!

Глава из книги:

Еще пару лет назад Регина Натановна Ошкина считала себя абсолютно несчастной. Ее единственный сын Роман погиб, будучи подростком, – пошел летом с друзьями купаться на речку и утонул. Сначала мать горевала, но с течением времени душевная рана зарубцевалась. Рожать еще одного ребенка Ошкина не захотела, супруги так и жили вдвоем друг для друга. Поэтому, когда муж умер, вдова осталась совсем одна.

Материальных проблем у Регины не было, она жила в восьмикомнатной квартире, набитой антикварной мебелью, картинами, старинным фарфором. Николай Фомич, ее покойный супруг, был известным стоматологом, до последнего дня лечил пациентов, прекрасно зарабатывал, баловал жену. Любые желания никогда не работавшей Регины исполнялись сразу, каждый вечер Николя приносил ей в кровать чашечку травяного отвара и сладости – в отличие от большинства женщин, Ошкина могла спокойно лакомиться шоколадом, пирожными и не толстеть.

Курт Ауст. Второй после Бога

Курт Ауст. Второй после Бога
Знаменитый автор-криминалист Курт Ауст – датчанин, ныне живущий в Норвегии и пишущий по-норвежски, стал широко известен в Европе после публикации его первой книги “Судный день” (1999), отмеченной премией “За лучший дебют”. Этой книгой писатель открывает криминальную серию из времен Средневековья, в которую вошел и роман “Второй после Бога”, удостоенный престижной норвежской премии Riverton и литературной премии “Стеклянный ключ” как лучший скандинавский детектив за 2003 год. Книги серии объединены не только временем и местом действия, но и главными персонажами – это датский профессор Томас Буберг и его ученик, норвежец Петтер Хорттен.

В романе “Второй после Бога” героям в очередной раз предстоит расследовать ряд таинственных отравлений и мистических смертей, произошедших во время секретной поездки папского нунция по лютеранской Норвегии. Тогда юный Петтер головой отвечал за безопасность посланника Папы и его благополучное возвращение в Копенгаген.

Глава из книги:

Я зевнул и потянулся, потом спустился на берег и сполоснул лицо, мне было зябко от холодного ветра, дующего с пролива. Рыбацкая шхуна подошла к берегу, и я помог вытащить лодку на берег. На ближайшем причале быстро соорудили что-то вроде трактира из того, что попалось под руку. Большие ящики служили столами, поменьше – стульями, натянутый парус защищал от капризов богов погоды, которые именно в ту минуту послали на землю шквал с дождем. Подняв воротник до ушей, я бросился в укрытие. Пара ящиков на краю причала были свободны, я стряхнул сюртук и сел так, чтобы между спящим на груде мешков нищим мальчишкой и составленных горой бочек мне был виден наш постоялый двор.

Александр Шакилов. Мы - мутанты

Александр Шакилов. Мы - мутанты
Макс Край потерял все, кроме веры в нас, обычных людей. И потому он рискнет жизнью, чтобы спасти всех наших родственников и друзей, которые даже не подозревает о смертельной угрозе. Вместе с командой легендарных сталкеров Чернобыля Максу предстоит сразиться с кровожадными монстрами, обойти ловушки запретной зоны и остановить тех, кто намерен превратить человечество в расу агрессивных мутантов! Но даже столь опытному воину, как Край, миссия вряд ли окажется под силу…

Отрывок из книги:

Представьте: только что вы ехали в отличном внедорожнике, по которому вели огонь все, кому не лень, а уже через миг ваше транспортное средство оказывается в воздушном пространстве Полигона на сверхмалой высоте, да еще кверху дном! И движок его работает, колеса вращаются. Поверьте, ощущения не самые приятные. Спасибо ремням безопасности, которые не позволили нам расшибить черепа о крышу «Вепря», но десантные береты с наших макушек свалились-таки.

– Что за херня?! – Турок задергался, пытаясь открыть дверцу.

У Орфея и Панка тоже ничего не вышло. Нас будто намеренно заперли в консервной банке армейского образца. А ежели джип – банка, то его содержимое – тушенка? Аналогия мне не понравилась. Не хочу быть завтраком туриста.

Неле Нойхаус. Глубокие раны

Неле Нойхаус. Глубокие раны
Убийство? Скорее казнь… Пожилой мужчина был поставлен на колени, а затем застрелен в затылок. Давид Гольдберг, бизнесмен, государственный деятель и меценат, проживавший в США, но часто приезжавший на свою родину, в Германию… Кому понадобилось убивать его, да еще таким способом? Но вот странность: при вскрытии на его руке была обнаружена особая татуировка — такую делали только членам СС. Еврей — в СС? Невероятно… А затем точно так же убивают двоих его ровесников, также некогда связанных с нацистами. Главный комиссар полиции Хофхайма Оливер фон Боденштайн и его помощница Пия Кирххоф, расследуя это тройное дело, приходят к выводу: все трое убитых тесно связаны с богатым семейством Кальтензее, поскольку при жизни были близкими друзьями его главы — Веры Кальтензее. Но по мере того как движется расследование, становится ясно: почти все люди, вовлеченные в эту запутанную историю, совсем не те, за кого себя выдают…

Отрывок из книги:

Когда Боденштайн и Пия ранним утром приехали в Мюленхоф, никого из охраны не было видно. Большие ворота были широко раскрыты.

— Кажется, она больше не испытывает страха, — сказала Пия. — Теперь, когда Ватковяк мертв, а Новак в больнице.

Боденштайн только рассеянно кивнул. По дороге в Мюленхоф он не проронил ни слова.

Если бы животным могли дать разум

разумные звери

Разумные говорящие звери - обычный элемент антуража как сказочных, так и научно-фантастических миров. По всей видимости, нам их очень не хватает. За чем же дело стало? Ничто не препятствует нам направить мощь науки не на изменение расцветки и длины ушей или повышение яйценоскости, а на развитие интеллекта тех видов, мнение которых о человечестве мы хотели бы узнать.

ТЕХНОЛОГИЯ СОЗДАНИЯ РАЗУМА

С точки зрения эволюционной теории разум - в комплект к рукам - понадобился человеку для производства орудий труда. Животные, которые приспосабливаются к окружающей среде иными способами, не нуждаются в данной «фиче». Необходимые же для установки этого софта мощности по биологическим меркам очень скромны, особенно учитывая, что в области мини- и нанотехнологий природа продвинулась намного дальше нас. Не исключено, что даже череп лягушки достаточно просторен для буйства творческой мысли. Но, скорее всего, эволюция, действуя вслепую, без представления о конечной цели, просто не имела возможностей для оптимизации конструкторских решений и вынужденно нагромождала тысячи нейронов там, где, если подойти с умом, и одного хватило бы за глаза.

Анна Матвеева. Девять девяностых

Анна Матвеева. Девять девяностых
Героев новой книги застали врасплох девяностые: трудные, беспутные, дурные. Но для многих эти годы стали «волшебным» временем, когда сбывается то, о чем и не мечталось, чего и представить было нельзя. Здесь для сироты находится богатый тайный усыновитель, здесь молодой парень вместо армии уезжает в Цюрих, здесь обреченной на бездетность женщине судьба все-таки посылает ребенка, а Екатеринбург легко может превратиться в Париж…

Глава из книги:

Ада пришла в турбюро на рассвете, хотя ей было назначено в девять, «подойти в восемнадцатый кабинет, к Клавдии Трофимовне». Имя ничего хорошего не предвещало, а зря. Когда Ада сжилась со своим местом на лавочке у главного входа и пообщалась с симпатичным бомжом, похожим на дворника, а потом — с прекрасным дворником, ничем не напоминавшим бомжа, стрелки на Адиных часиках наконец-то встали под прямым углом. Женщина в светлом плаще, который при известной недоброжелательности мог быть засчитан за медицинский халат, по-хозяйски зазвенела ключами, и Ада сразу поняла, что это — Клавдия Трофимовна, и окликнула ее. Та вначале нахмурилась, но, когда услышала фамилию Алешиного папы, — просияла. Так сияет солнце в древесной листве где-нибудь в Венсеннском лесу или в Харитоновском парке. Глаза у Клавдии Трофимовны очень подходили к ее профессии — они были похожи на маленькие голубые глобусы с коричневыми пятнами материков. Ада сразу поняла, что человек с такими глазами сделает для нее всё, что можно. Клавдия Трофимовна велела срочно подавать документы на заграничный паспорт.

Вчера

Во вьетнамской забегаловке стоял обычный гул, как в пчелином улье. Старый (хотя кто их разберёт, азиатов?) владелец заведения лично разносил блюда, брал заказы. В дальнем углу галдели студенты-химики. Пожилая чета опасливо на них косилась, когда раздавалась очередная порция непонятных шуток, вроде «Титрую едкий натр сам с собой и удивляюсь — а где же точка эквивалентности?». Взрыв хохота.

У входа раздался громкий голос:

— Добрый день, ваши билетики!

Его владелец — хмурый паренёк в кепке — начал по очереди обходить столики, помахивая перед собой удостоверением. Когда очередь дошла до меня, контролёр скептически посмотрел на выбитое лиловыми чернилами время и пошкрябал билет ногтем, но ничего не сказал.

Дохлебал я свой суп, расплатился и выкатился на улицу. Реальность неприветливо встретила пригоршней серого дождя. Мелкие капельки покалывали лицо. Мимо натужно провыла «скорая». Приятная штука, реальность. Всё такое настоящее вокруг. И плевать я хотел на погоду. Витрины магазинов приветливо светились, демонстрируя россыпи достижений цивилизации. Рядом ютились разновеликие белые ценники. Даже не глядя на цифру, по размеру бумажки легко угадывалась цена.

Ниже по улице серел пропускной пункт. Грубые, кое-как сложенные в подобие дота бетонные блоки, узкие смотровые проёмы и щели в палец толщиной. Когда-то они может и были нужны, а теперь лишь глаза мозолили. Туда всё равно никогда не будут прорываться с боем. А обратно так просто не выйти.

Изнутри, с прилипшей к лицу на веки вечные скучной миной, выглядывает давешний контролёр. Плохо, плохо у них с кадрами. Он неприветливо проводил меня взглядом, не спросив ни билета, ни пропуска.

Версия для прессы

К пресс-центру администрации съехались репортёры всех новостных каналов — не менее дюжины телевизионных бригад.

Фургоны и специализированные автобусы конкурирующих станций. Над крышами — лес антенн. Содом и Гоморра. Настоящий кошмар для охраны...

Пресс-конференция, устроенная президентской администрацией, прошла своеобразно.

Если мягко выразиться.

Главе чрезвычайной правительственной комиссии мы задавали умные вопросы.

Увы, зря старались.

Глава комиссии, наглухо застёгнутый генерал-майор, отвечал всем одинаково — ровным, четким, демонстративно командным голосом:

— Это — закрытая информация.

Так же ответил на мой вопрос — о причинах создания комиссии.

После чего, поблагодарив за внимание, — откланялся.

Дуболом-перестраховщик.

Для чего тогда вообще устраивать пресс-конференцию?

А чтоб была открытость.

Пресс-секретарь вызвался прокомментировать выступление главы.

С ним я не раз имел дело. У него дар: говорить живо, эмоционально, захватывающе, но— сказать или крайне мало, или вообще ничего. Качество невероятно ценное в политике.

Конечная истина

Элш был занят важным делом — сооружал в саду замысловатую модель фавитационной улитки. Сыновья увлечённо помогали, а старший даже выдавал дельные советы. Вот тут-то, в самый неподходящий момент, и пришёл вызов от адмирала Хорна.

Элш с сожалением оторвался от модели, потрепал младшего сына по голове и сказал:

- Передайте маме, что я скоро вернусь.

Он достал карманный телепортатор, набрал нужный код — и переместился в столицу.

В прошлый раз но стенам адмиральского кабинета бегали весёлые оранжевые узоры, а сам хозяин, поздравляя коммодора с выполнением задания, держался непринуждённо и даже шутил. Но сегодня в интерьере преобладали холодноватые фиолетовые гона. Переменился и Хорн — на нём был усыпанный орденами парадный мундир. Это означало, что адмирал в очередной раз получил от высшего командования особые полномочия.

Увидев Элша, Хорн недовольно покачал головой.

- Охотно верю, коммодор, что вы спешили, но я рассчитывал увидеть вас в форме Хранителя. Дело в том, что с этого момента мы снова в одном экипаже.

- Прошу прощения, адмирал, — Элш почтительно наклонил голову, — я действительно спешил. — Значит, вы снова вступили в командование суперкрейсером?

- Да, коммодор. — Хорн встал, и ряды наград на его груди торжественно сверкнули. — Вы хорошо проявили себя в прошлых походах, и я вновь без колебаний включил вас в экипаж. На этот раз нам предстоит выполнить боевую задачу. Повторяю: боевую! Но детали узнаете уже на борту крейсера.

— Когда отлёт? — коротко спросил Элш.

Ему представилось внезапно осунувшееся лицо жены. И немой укор огромных синих глаз: «Опять? Ведь ты обещал побыть с нами хотя бы месяц!».

— Стартуем послезавтра. За это время соберёте группу и проинструктируете её. Действуйте, коммодор!