пятница, 5 июля 2013 г.

Исследователь

Николай Николаевич Миклухо-Маклай — один из известнейших в России путешественников. Этнограф и антрополог, посвятивший жизнь изучению народов Юго-Восточной Азии, Австралии и Океании, прежде всего он известен благодаря своим экспедициям в Новую Гвинею.

Николай Николаевич родился в 1846 году, в селе Рождественское Новгородской губернии. После смерти отца семья переехала в Петербург, где Миклухо-Маклай учился в Петербургском университете. Однако в возрасте 18 лет за участие в студенческих волнениях он был отчислен без права восстановления. Это событие во многом определило дальнейшую судьбу будущего ученого — он отправился учиться в Европу. В Россию знаменитый исследователь более чем на год уже не возвращался.

Обучившись философии в Гейдельбергском университете, медицине в Лейпцигском и Йенском университетах, получив прекрасную зоологическую практику под руководством знаменитого Эрнста Геккеля в экспедиции на Канарские острова и в Марокко, через 6 лет Миклухо-Маклай вернулся в Россию, чтобы представить новый проект — экспедицию в Новую Гвинею. Острова Тихого океана, и особенно Новая Гвинея, были выбраны Николаем Николаевичем как наименее исследованная местность. Например, на берегах залива Астролябий до этого не ступала нога белого человека — первым стал Миклухо-Маклай. Однако острова Тихого океана нельзя назвать спокойной местностью — неоднократные стычки моряков с туземцами, каннибализм и постоянные войны между деревнями. Это обстоятельство, равно как и неблагоприятный для европейцев климат, и послужило причиной крайне слабой изученности островов.

20 сентября 1871 года, Новая Гвинея. Русский корвет «Витязь» бросил якорь в заливе Астролябия. Николай Николаевич отказался от вооруженного сопровождения, рассчитывая на установление доверительных отношений с туземцами. В шлюпку высадился только он с двумя слугами — шведом Уильсоном и полинезийским мальчиком Боем. Сложно сказать, что переживал в тот момент Миклухо-Маклай, ответственный не только за себя, но и за жизни еще двух человек. Но все прошло спокойно.

Отец донецкого клана

Тайна смерти одного из первых украинских олигархов — стержень главного политического процесса 2013 года. Forbes приоткрывает завесу тайны над его жизнью.

Летом 1994 года в кабинет Вячеслава Брюховецкого зашел необычный посетитель. Небритый мужчина в клубном малиновом пиджаке с порога поинтересовался у ректора недавно созданной Киево-Могилянской академии, знает ли тот, кто к нему пришел. Не дожидаясь ответа, представился: «Евгений Щербань, самый богатый человек Украины. Хочу, чтобы двое моих сыновей учились в вашем вузе». Опешивший ректор начал объяснять, что набор в Могилянку завершен, и предложил вернуться к разговору через год. «А если завтра на счет академии будет перечислено $100 000 — мы договоримся?» — перебил Щербань. Брюховецкий предложил компромисс: сыновей зачислят в качестве студентов резерва, но если на первой сессии они получат хоть один неуд, то будут отчислены, а деньги останутся у академии.

На следующий день Могилянка стала богаче на $100 000 и двух студентов. «Рвения к учебе у его сыновей не было, первую же сессию они завалили и были отчислены, — рассказывает Брюховецкий. — Щербань деньги назад не потребовал. он умел не только договариваться, но и держать слово».

Щербань, возможно, не преувеличивал, когда представлялся самым богатым человеком страны. В 1994 году его бизнес-империя находилась на пике расцвета. Корпорация «Атон» была одним из крупнейших торговцев спиртным, экспортировала металл, ввозила ширпотреб и продовольствие. В бизнес-империю Щербаня входило более 300 компаний, работавших на трех континентах, с оборотом в сотни миллионов долларов.

Как бывший шахтер стал первым олигархом страны и почему ему не удалось сохранить бизнес и жизнь? Чтобы реконструировать путь предпринимателя, журналисты Forbes пообщались с бывшими деловыми партнерами бизнесмена, которым удалось остаться в живых, его политическими соратниками и сыновьями.