пятница, 28 марта 2014 г.

Двуликий форекс

форекс

Как на валютном рынке сгорают деньги частных инвесторов.

Главный редактор сайта Bankir.ru Ян Арт — опытный клиент форекс-контор, он играет на валютном рынке уже шесть лет и управляет не только личным портфелем, но и деньгами сотрудников — примерно $30 000 на всех. За годы рискованной торговли Ян сформулировал главное правило: прибылью игрок может считать только то, что вывел с рынка, а не свои деньги на счету форекс-брокера. «Я постоянно вывожу заработанное на банковские депозиты», — говорит Арт. Он пользуется услугами нескольких форекс-брокеров, в том числе «Альпари», Maximarkets и «Форекс клуба». Максимальную прибыль, 300%, Арту удалось получить в 2011 году, хорошей прибылью он считает 30-40% годовых. Новичков же, как правило, губит жадность. «Большинство людей проигрывают на форексе только потому, что хотят получить слишком много, вложив слишком мало», — считает Арт. У рынка форекс два лица, одно видят крупные банки и корпорации, а на другое смотрят мелкие клиенты с депозитами в несколько сотен долларов и плечом 1:1000. Именно они первыми теряют все деньги, обогащая форексные конторы и других посредников.


Большой и малый форекс

Главное отличие рынка форекс от фондового рынка — его внебиржевая сущность. Тут нет единой биржи с одинаковыми для всех котировками, в один и тот же момент курсы валют для разных клиентов могут различаться. Все зависит от величины и статуса игрока. По своей структуре форексный рынок неоднороден. На верхнем уровне находятся глобальные банки. Они заключают сделки между собой, используя квазибиржевой рынок — межбанковские и междилерские платформы.

Крупнейшие межбанковские платформы — Velocity от Citibank и Autoban от Deutsche Bank, междилерская платформа — EBS ICap. В этих торговых системах прозрачное ценообразование, как и на бирже, где все играют против всех. При этом в отличие от фондового рынка на валютном дилер показывает клиенту котировку, в которой уже зашита его комиссия, — так же как и в уличном обменном пункте дилер зарабатывает на спреде, то есть разнице между ценой покупки и продажи. Котировка, которую увидит клиент, зависит от объема сделки и от того, что это за клиент. Принадлежащая Reuters междилерская платформа FX All, например, предоставляет разным клиентам разные котировки, и глобальная корпорация всегда получит более выгодную цену, чем профессиональный участник рынка, просто потому что она не спекулирует валютой, а выходит на рынок с иными целями, например для конвертации прибыли.

Мелкая управляющая или брокерская компания или тем более частный инвестор не могут самостоятельно заключать сделки на междилерском рынке, им необходим посредник — гарант сделки, которая будет заключена от его имени и за его счет. Таким посредником является прайм-брокер — крупный банк, собирающий заявки от более мелких фирм и банков. При этом прайм-брокеры, требующие обеспечения по сделкам и взимающие с клиента комиссию, не оставляют собственные открытые позиции в сделках с клиентами, а заключают сделку противоложную той, которую только что совершили со своим клиентом: если прайм-брокер купил у клиента валюту, он тут же должен ее продать кому-то еще, чтобы избавиться от риска.

И в итоге заявка любой российской форексной конторы в идеале выставляется на междилерском рынке как заявка глобального банка. Получив котировку от прайм-брокера, форекс-дилер добавляет к ней свою маржу и показывает клиенту, который может совершать операции только по котировкам своего дилера.

Игра с нулевой суммой

Фактически дилер играет против собственного клиента. Дилер может заключить обратную сделку и захеджировать свою позицию, но его основная прибыль образуется после того, как клиент проигрывается, то есть теряет свой страховой депозит. Генеральный директор форекс-брокера «Альпари» Борис Шилов так описывает отношения с клиентами: «Конфликт интересов дилера и клиента возникает только тогда, когда клиент начинает выигрывать, а у дилера не хватает капитала, чтобы обеспечить этот выигрыш». Сейчас по российскому законодательству никаких требований к капиталу форекс-контор не существует.

Председатель совета директоров АКГ «Градиент-Альфа» (эта компания участвует в разработке законов, призванных отрегулировать рынок форекс в России) Павел Гагарин разделяет российских клиентов форекс-брокеров на две неравные категории — профессионалы (их максимум 5%) и дилетанты, которых привлекает возможность, как в казино, делать деньги из воздуха.

«Мы хотели бы вывести вас на рынок», — говорят сейлз-менеджеры форекс-контор, обзванивающие возможных новых клиентов. Подразумевается, что это тот самый большой валютный рынок, где совершают сделки глобальные банки. Что же происходит на самом деле?

Компании, предоставляющие услуги торговли на рынке форекс, Гагарин также делит на две категории — обычные брокеры и так называемые кухни. Эти «кухни» интересуются только теми дилетантами, которые мечтают сказочно разбогатеть, имея на счете $5000 - 10 000. Как они варят смертельную для клиентов кашу? У форекс-операторов есть программы, которые отделяют заявки профессиональных трейдеров от новичков, и их-то никто не выводит на рынок, уверен Арт: «Зачем? Если клиенты все равно потеряют деньги».

«Вся деятельность «кухонь» нацелена на постепенный отъем принесенных им денег, — говорит Гагарин. — Они по факту не выводят клиента на открытый рынок, вся торговля производится внутри торговой системы, часто по фиктивным котировкам». Арт считает, что манипулируют только
самые отъявленные жулики, поскольку справедливость котировок легко проверить, заглянув в Bloomberg или Reuters. «Срок жизни» клиента в таких компаниях, по словам Гагарина, исчисляется несколькими месяцами и практически никогда не превышает полгода-год.

Но обманывают, конечно, не всех. Управляющий директор инвестиционного департамента ВТБ24 Василий Прошин вспоминает, что несколько лет назад один из форекс-брокеров привел в банк своих клиентов с просьбой организовать для них прямой выход на глобальный рынок. «Этих клиентов невозможно было обмануть или не вывести на рынок, — осторожно подбирает слова Прошин. — Мы открыли им счета, а брокеру заплатили комиссию как агенту».

Больное плечо

После того как клиент внес депозит на счет форекс-конторы, время играет против него. У форексных «кухонь» могут существовать специальные программы, которые неминуемо приводят клиента к проигрышу, считает Гагарин. Впрочем, финансисты, с которыми поговорил Forbes, уверены, что разговорам о специальных программах, помогающих клиенту проиграть на рынке форекс, цена такая же, как и разговорам о специальных устройствах в казино, мешающих игроку сорвать банк.

Действительно, чтобы проиграть на рынке форекс, посторонняя помощь не нужна — достаточно воспользоваться огромным плечом, которое предлагают почти все форекс-конторы. Например, «Альпари» предлагает плечо 1:1000. Плечо — это финансовый рычаг, позволяющий клиенту открывать позиции, на несколько порядков превышающие сумму страхового депозита. Как это работает?

Допустим, клиент торгует с плечом 1:100, это значит, что депозит $1000 позволит ему открыть позицию на $100 000, но и риск возрастает в такой же пропорции. И изменение курса, например, доллара к евро всего лишь с 1,355 до 1,345 обнуляет его депозит. Такие колебания одномоментно бывают не часто, а вот колебания с 1,355 до 1,353 регулярно происходят внутри торгового дня, и их достаточно, чтобы лишиться депозита при торговле с плечом 1:500.

Арт считает, что такое плечо рассчитано на «обирание студентов». «Малейшее колебание при таком плече, и все деньги потеряны, — говорит он. — Это гадание на кофейной гуще и казино, но не трейдинг». Прошин из ВТБ24 называет безумием для неопытных трейдеров торговлю с плечом больше 1:50, Ян Арт использует «рычаг» 1:100. Он, кстати, по собственному признанию, несколько лет назад зарабатывал на жизнь игрой в казино.

(с) Елена Тофанюк