воскресенье, 3 августа 2014 г.

Вне поля зрения


Концепции удаленной работы уже сорок с лишним лет: все экономические эффекты подсчитаны, преимущества расписаны, а о принципах управления телеработниками на расстоянии написаны многие тома. В России же в отношении телеработы до сих пор нередко срабатывает ментальный «стоп-кран» — причем как у работодателей, так и у наемного персонала.

Термин «телеработа» придумал в 1973 году американский инженер-физик и университетский профессор Джек Ниллес. Он исходил из того, что развитие телекоммуникаций неизбежно сделает ненужным перемещение в пространстве к месту работы во всех сферах деятельности, которые непосредственно не связаны с материальным производством, и от этого станет лучше всем. Его идеи нашли отклик: впоследствии Ниллес консультировал немало компаний из списка Fortune 100 и десятки госучреждений, помогая им переводить персонал на «удаленку». Сейчас в США ситуация, по данным компании Global Workplace Analytics за 2012 год, такова: почти 40% трудоспособных хотя бы время от времени имеют возможность работать удаленно, а около 7% называют дом своим основным местом работы (без учета самозанятых и фрилансеров). В России первый показатель по мировым меркам тоже очень высок — 32%, как свидетельствуют данные опроса компании Kelly Services, проведенного в начале 2014 года. Но количество штатных сотрудников, которые постоянно, а не время от времени работают на «удаленке», никем не измеряется, и, судя по всему, оно пренебрежимо мало: не очень-то любят отечественные работодатели переводить персонал в «надомники» (за исключением считанных отраслей). По данным портала Superjob, такое практикует лишь одна из пяти компаний. Что там говорить, если само понятие «дистанционная работа» появилось в российском трудовом праве чуть более года назад!


Как бы то ни было, удаленная работа становится все более заметным экономическим фактором. Компания Cisco, например, сообщила о сэкономленных благодаря «удаленке» $277 млн в прошлом году. Положительный экономический эффект для работодателя складывается из нескольких статей. Во-первых, при правильной организации удаленного труда растет производительность (этот факт неоднократно доказывался учеными). Во-вторых, зарплатные ожидания кандидатов, которые ищут работу на удаленных условиях, как показывают исследования, могут быть ниже среднерыночных на 30%. В-третьих, можно серьезно сэкономить на офисных площадях и административных расходах, причем даже если сотрудники работают удаленно лишь время от времени. Так, с начала 1990-х годов во многих западных компаниях прижился метод организации офисного пространства, называемый «hot desking» (от англ. «горячий стол»), в соответствии с которым сотрудники, по роду своей деятельности лишь изредка бывающие в офисе, не имеют постоянного рабочего места, но могут занять любой свободный стол. В некоторых компаниях на тысячу работников приходится лишь двести оборудованных рабочих мест.

Мировая практика знает уже немало организаций, у которых почти 100% сотрудников работают удаленно. Одну из таких «виртуальных» ИТ-компаний — MySQL — в 2008 году купили за $1 млрд. Неплохая оценка для фирмы, не имевшей даже офиса!

Еще немного важных цифр. 48% топ-менеджеров крупных компаний, как установила в прошлом году Regus Global Economic Indicator, половину своего рабочего времени руководят бизнесом не из офиса. То есть сами так или иначе (в разъездах, командировках, дома) практикуют удаленную работу и знают в ней толк. Когда в июле этого года на саммите лидеров London Business School участников попросили спрогнозировать, сколько сотрудников их компании будет работать удаленно к 2020 году, 34% ответили, что половина, а 25% и вовсе заявили о трех четвертях.

Глобальный тренд понятен. Какова российская практика?

ОДИН ДОМА

Пока об удаленной работе сотрудников принято говорить в контексте экономии издержек работодателей. Однако эксперты утверждают, что инициатива все больше будет переходить к сотрудникам, в глазах которых гибкий график работы и возможность работать дома приобретают все большую ценность. В отраслях, где успех бизнеса определяется привлечением талантливых сотрудников, это уже реальность: таланты, как водится, любят свободу. К тому же идеи телеработы очень импонируют поколению «игреков» (тех, кому сейчас по 14-25 лет), которое массово выходит на рынок труда. Исследование Cisco, проведенное три года назад среди студентов колледжей 14 стран (в том числе России), показало, что каждый третий студент и молодой специалист в возрасте до 30 лет при выборе новой работы в первую очередь обращает внимание на свободу доступа к социальным сетям, выбора устройств, а также возможность работать в мобильном режиме. Примечательно, что 40% студентов и 45% молодых сотрудников согласны даже на более низкую зарплату, если им предоставят все вышеперечисленное. «Мобильность, гибкий выбор устройств и размывание границ между работой и личной жизнью становятся главными факторами, от которых зависит, где будут работать наиболее способные представители нового поколения», — заключили исследователи.

Судя по всему, сам изменившийся рынок труда постепенно «дожмет» работодателей, пока не готовых использовать удаленный труд. Некоторые столичные компании, например, уже поняли, что спасение от кадрового голода — в привлечении региональных специалистов к дистанционным проектам, говорят в исследовательском центре портала Superjob. Как отмечает директор по продажам компании «Манго Телеком» Александр Шикинов, удаленная работа за последние 3-4 года успела стать не капризом, не модой, а требованием времени и глобальной тенденцией рынка почти в каждом сегменте. В «Манго Телеком» на «удаленку» перевели сначала программистов, а вслед за ними — операторов, менеджеров по продажам и работе с клиентами, presale-инженеров и часть сотрудников отдела маркетинга.

ИТ-специалисты в России — передовой и самый многочисленный отряд телеработников. По данным Superjob, их доля среди общего числа надомников — 24%. Что не удивительно: такие специалисты редко нуждаются в плотных офисных коммуникациях и умеют концентрироваться в любых условиях.

Полный набор коммуникационных технологий, которые способны сделать работу в удаленном режиме столь же удобной, что и в офисе, уже доступен в виде готовых решений: по сути, дело стало за волей самого работодателя. В компании «МТС» сейчас строят корпоративную облачную систему, которая виртуализирует до 2017 года более 90%, или свыше 28 тыс. рабочих мест. Вложения в размере, превышающем $12 млн, как ожидают в компании, окупятся через четыре года. «Имея ноутбук, планшет или смартфон, сотрудник через интернет получает доступ к своему рабочему столу и корпоративным информационным ресурсам, — говорит Дмитрий Солодовников, руководитель направления по взаимодействию со СМИ компании «МТС». — Он может находиться за сотни километров от офиса, но взаимодействовать с коллегами так, словно сидит за своим рабочим компьютером». К тому же можно обходиться без командировок, общаясь в формате видеоконференций.

ТЕЛЕФОБИИ

Свой набор фобий по поводу удаленной работы есть и у работодателей, и у наемных сотрудников.

В компаниях обычно опасаются, что, оказавшись вне поля зрения менеджмента, сотрудник начнет работать вполсилы, утратит лояльность и станет вольно распоряжаться доступными ему коммерческими секретами. «Удаленный сотрудник не ассоциирует себя с коллективом, так что сомнения насчет его лояльности вполне обоснованные, — считает Мария Литинецкая, генеральный директор компании «Метриум Групп». — Удаленная форма сотрудничества несет в себе также потенциальную угрозу и с точки зрения информационной безопасности. А установить утечку конфиденциальной информации практически невозможно, поскольку удаленные сотрудники используют собственные компьютеры и ПО».

В логистической компании DPD на удаленную работу 1-3 дня в неделю перевели около 15 человек, но продвигаться предпочитают осторожно. «Есть опасения, что далеко не все сотрудники в силу своего менталитета способны самостоятельно, без частого контроля работать с той же эффективностью, что и в офисе», — признается Елена Шлома, заместитель директора по персоналу DPD в России.

По мнению директора по персоналу компании ABBYY Настасьи Савиной, дистанционная работа должна идти рука об руку с грамотным менеджментом: чтобы исключить падение производительности, необходимо четко ставить цели, координировать и контролировать дистанционных сотрудников, заботиться об инфраструктуре для коммуникаций и групповой работы. В ABBYY дистанционно работают многие лингвисты (есть и такие, кто постоянно живет за рубежом), которые занимаются составлением лингвистических описаний, необходимых для продуктов компании. «Это ручная работа, умный труд — но с понятными критериями оценки эффективности», — объясняет Савина.

В конечном счете большая часть рисков, разумеется, снимается за счет создания и отладки системы управления удаленным персоналом. «Работать с удаленными сотрудниками могут позволить себе компании с четко простроенными бизнес-процессами, — уверена Юлия Чашина, HR-директор рекрутингового портала Superjob. — При этом задачи, которые решаются за пределами офиса, должны быть жестко регламентированы и иметь понятные KPI».

Телеработники со стажем не ставят собственную эффективность под сомнение. По мнению Анастасии Ищенко, пиар-менеджера и пока единственного удаленного сотрудника LogLab, компания получает даже более эффективного работника, который посвящает делам сто процентов своего рабочего времени: «В формате офисной работы 20-40% времени уходит на пустое обсуждение рабочих процессов, чай-кофе и так далее. Когда твой руководитель постоянно рядом, ты можешь сотню раз на дню подойти к нему с вопросом. При удаленной работе каждая коммуникация продумана и обоснована. Ты просто начинаешь ценить свое и чужое время».

С лояльностью все тоже не так плохо. По мнению Настасьи Савиной из ABBYY, расстояние лишь укрепляет мотивацию и любовь к компании. А Анастасия Ищенко признается, что благодаря удаленному режиму в те редкие дни, когда ей все-таки нужно появиться в офисе, она в буквальном смысле идет на работу как на праздник.

Конечно, далеко не всем организациям и сотрудникам подходит свободное расписание. Так, в компании «ФИНАМ», несмотря на общее позитивное отношение к удаленной работе, профильных сотрудников предпочитают видеть в офисе. «Специфика нашей деятельности такова, что необходимо использовать сложную инфраструктуру и соответствовать требованиям и регламентам регулятора, — объясняет Екатерина Грипась, руководитель управления по работе с персоналом. — Так что в основной деятельности брокера дистанционные форматы трудовых отношений затруднены».

Обречены на работу в офисе руководители высшего звена и административная часть. Кроме этого, по мнению Александра Шикинова («Манго Телеком»), в России есть целый ряд предприятий, которым удаленная работа просто-напросто противопоказана: «Это субъекты рынка, работающие с крупными государственными заказами, для которых и офис, и сотрудники, помимо прямых функций, выполняют еще и представительские. Это ритейл, а также растущие во взрывном темпе производственные компании, для которых жизненно важно объединить производство и продажи в единый механизм. Да, у этих компаний, безусловно, довольно много мобильных сотрудников, а вот удаленные, работающие из дома для них будут актуальны уже на более позднем этапе жизненного цикла предприятия».

САМ И ОРГАНИЗАЦИЯ

Главный враг «удаленщика» — отсутствие способности к самоорганизации в неофисных условиях. Чтобы отвлечься от расслабляющей обстановки, некоторые на первых порах и дома специально облачаются в деловой костюм, перед тем как сесть за рабочий стол, вводя себя таким ритуалом в рабочее состояние, а заодно подавая сигнал домочадцам: «Я на работе!» А кто-то отправляется в близлежащий ковор-кинг. Анастасия Ищенко дисциплинирует себя с помощью жесткого тайминга. «Часто я работаю с секундомером или будильником, выставляя дедлайн по каждому вопросу в течение дня: это касается и статей, и презентаций, и задач по организации мероприятий, — рассказывает она. — В моем расписании можно увидеть «пункты», на которые отведено 5-10 минут, а есть и 180-минутные задачи».

Издержки у подобной работы все-таки имеются. Как бы совершенны ни были современные телекоммуникации, они все равно не могут полностью заменить живое общение лицом к лицу. Интонационные нюансы, жесты, «язык тела» не заметны или искажаются при передаче на расстояние. Тут даже смайлик, вставленный в переписку, не поможет. А будучи лишенным случайных и мимолетных внутриофисных коммуникаций с коллегами, «удаленщик» попадает в ситуацию некоторой профессиональной изоляции. «На начальном этапе, когда коммуникации еще не выстроены, — объясняет Анастасия Ищенко, — ты можешь несколько месяцев потратить на понимание того, что значит то или иное слово у каждого из коллег. В особенности это касается топов компании».

Есть еще один связанный с дистанционной работой эффект, который давно подметили западные исследователи, — торможение или даже полная остановка карьерного роста. Назначения с повышением гораздо чаще достаются офисным сотрудникам, нежели удаленным. Хотя телеработников, особенно женского пола, это не слишком волнует: многие без отрыва от производства обзавелись детьми и не променяют свой свободный график на более высокую должность. А в некоторых случаях «удаленка» карьере и не помеха.

Приверженцы называют ее благом не только для самих работников, но и для общества. «Если бы хотя бы в Москве и Подмосковье на правительственном уровне проводилась настойчивая, целенаправленная популяризация удаленной работы и по крайней мере 100 тысяч сотрудников получили возможность работать из дома — это стало бы большим облегчением и для них самих, и для транспортной системы города», — убежден Александр Палладин, руководитель пресс-службы Cisco в России и СНГ. Еще шесть лет назад руководство разрешило ему работать удаленно — благо в международных компаниях такая практика не является чем-то из ряда вон выходящим (в США в прошлом году 89% от общего числа сотрудников Cisco в той или иной степени использовали гибкий график работы). Сам Палладин вспоминает утреннюю дорогу в офис с содроганием: «Чтобы проскочить пробки, многие сотрудники московских офисов выезжают заранее, и потом час-два до начала рабочего дня спят в машинах. О какой производительности труда можно в таком случае говорить?»

Компания Global Workplace Analytics подсчитала, что если часть работоспособного населения США хотя бы половину рабочих дней станет проводить не в офисе, а дома, то экономия в масштабах страны может составить до $700 млрд в год. А на другом конце света — в Австралии — правительство устраивает для всей страны «Неделю удаленной работы» (National Telework Week), чтобы популяризовать эту идею. В рамках национальной стратегии строительства цифровой экономики австралийские власти поставили цель к 2020 году перевести на такую форму работы 12% работоспособного населения. Для России — страны с очень невысокой производительностью труда — такое решение тоже могло бы стать весьма актуальным. Чтобы люди, трудясь удаленно, получили возможность совершать подвиги на работе, а не на подступах к ней.

(c) Наталья Ульянова