Сергей Яров. Повседневная жизнь блокадного Ленинграда

Есть темы, на которые писали и будут писать ещё очень долго. Может, когда-нибудь - лет через триста или четыреста - о них станут говорить с меньшей болью и горечью. Но наверняка не в ближайшие годы.

Блокадный Ленинград это своеобразная чёрная дыра, которая притягивает каждого из нас по разным причинам. У кого-то там были родственники, знакомые, знакомые знакомых. Кто-то до сих пор не может вообразить себе всего того ужаса, через который прошли блокадники. Кто-то пытается разобраться, как же им на самом деле жилось в окруженном городе, под обстрелами, без еды, воды, электричества...

«Повседневная жизнь блокадного Ленинграда» Сергея Ярова спокойно, даже слегка суховато рассказывает о трёх чёрных годах в истории города. Собственно военным действиям здесь уделяется мало места - речь преимущественно идёт о быте осаждённых, причём упор делается на 1942-1943 годы. Как жили, что носили, как проводили скудные часы досуга... Много цифр и много живых свидетельств очевидцев, страшные в своей обыденности фото, намеренно отстранённый стиль изложения (местами скатывающийся в канцелярит).

Вечный слушатель. Семь столетий поэзии в переводе Евгения Витковского

Хлеб переводчика горек и скуден, особенно если речь о переводчике поэзии. Чаще всего они остаются безымянными — одни из многих, безликие «голоса тех, кого нет». Редко кому удаётся просиять настолько ярко, чтобы его помнили и через год, и через пять, и через сорок лет.

У Евгения Витковского это, без сомнения, получилось. Человек потрясающей эрудиции, переводчик с нескольких десятков языков, в том числе таких экзотических, как африкаанс, поэт, прозаик, редактор, организатор сайта «Век перевода»... Витковский не нуждается в особом представлении читающей публике и не может пожаловаться на то, что его работы не издают. Однако такого объёмного и всеохватного собрания переводов он, кажется, удостоился впервые. Издание получилось минималистичным: помимо вступительной статьи от автора, сюда вошли только стихотворения — чьи авторы жили в течение последних семи веков в разных уголках земного шара. Одних мы знаем очень хорошо (Киплинг, Бёрнс, Уайльд...), имена других знакомы только узким специалистам. Потрясает, однако, другое: сама мысль о том. что этот разнородный, многоголосый, очень яркий и самобытный хор «озвучил» для нас один-единственный человек.

Кормак Маккарти. Содом и Гоморра. Города окрестности сей

В моём детстве мальчишки во дворе играли в партизан, рыцарей. в Робин Гуда и, конечно же, в индейцев и «ковбойцев». Фильмы с Гойко Митичем, пластиковые солдатики, боевые кличи!.. Тогда нам и в голову не могло прийти, что истории о ковбоях могут быть совершенно другими - вот такими, как у Кормака Маккарти.

Его «Содом и Гоморра» финальная книга так называемой «Пограничной трилогии». Первые две не были связаны между собой, но их герои сходятся здесь — в «Городах окрестности сей» (именно так называется роман в оригинале). Джон-Грейди Коул — идеалист, лошадник от бога, немного наивный юноша, которому уже довелось многое пережить, — и матёрый ковбои Билли Парэм, который тоже хлебнул лиха и теперь приглядывает за Коулом. И вот Джон-Грейди влюбляется — да не в кого-нибудь, а в юную мексиканскую проститутку. Она ни знает ни слова по-английски, у неё нет документов для пересечения границы, а главное - её наверняка не отпустит хозяин борделя. Потому что он, хозяин, гоже в неё влюблён...

Действие романа разворачивается в середине прошлого века. Здесь нет романтики фронтирных сражений, нет диких индейцев и ограблений поезда. Но книга от этого не становится мягче — как всегда у Маккарти, это суровая, лапидарная проза без каких-либо гарантий хэппи-энда.

Роберт Киркман. Ходячие мертвецы. Том 1. Дни минувшие

Издательство «42» существует уже около полутора лет, но у нас все никак не находилось повода подробно поговорить о его проектах. Оно выпускает отличные серии, в первую очередь «Хеллбой» и «Неуязвимый», однако пока что они выходят исключительно в журнальном формате. Только в конце прошлого года «42» выпустило свой первый сборник. Причём, как ни странно, это не переиздание одной из уже знакомых читателям серий, а начало новой.

В США «Ходячие мертвецы» дебютировали осенью 2003 года и вот уже десять лет остаются в числе самых популярных американских комиксов, успев обзавестись изрядным количеством адаптаций. Правда, по «Дням минувшим», в чей состав вошли шесть стартовых выпусков серии, поначалу сложно понять, откуда взялся такой ажиотаж. Рисунок неплох, но выдающимся его назвать сложно, а сценарий кажется вполне тривиальным.

Да, первые страницы подкупают оригинальностью. Раненый полицейский Рик после месяца комы приходит в себя, но вместо медперсонала и родственников его встречает толпа зомби. Почему мертвецам теперь не лежится в могилах, есть ли другие выжившие и где они, что произошло с его семьёй - ответов на эти вопросы ошарашенный офицер не знает. Начало ударное, но на протяжении большей части первого тома «Ходячие мертвецы» ничем особенным не выделяются на фоне множества других зомби-апокалипсисов. Поиски семьи, борьба за выживание в компании случайных людей, привыкших к комфортным условиям современных городов, заварушки с ожившими мертвецами, бытовые конфликты внутри группы уцелевших... Вполне стандартный для жанра набор.

Нил Гейман. Смерть. Цена жизни. Время жизни

К началу девяностых годов серия «Песочный человек» стала одним из самых успешных проектов DC Comics. История неуклонно двигалась к финалу, но резать курицу, несущую золотые яйца, боссы издательства, разумеется, не хотели. И с 1993 года DC Comics принялось выпускать многочисленные спин-оффы. Большинством из них занялись другие авторы, но свою очаровательную Смерть Гейман ни с кем делить не стал, лично написав о ней пару минисерий по три выпуска каждая.

Обе они получили весьма жизнеутверждающие заглавия — и недаром, ведь в этих сериях Смерть выступает в непривычной роли. В «Цене жизни» Смерть на один день становится простой девушкой раз в сто лег она это проделывает, чтобы лучше понимать людей, - и попутно меняет жизнь подростка, стоящего на грани самоубийства. Только оказавшись рядом со Смертью - как в прямом, так и в переносном смысле — парень по имени Секстон начинает ощущать вкус к жизни. Эта красивая, эмоциональная и умная история ничем не уступает лучшим главам «Песочного человека».

Во «Времени жизни» Вечная и вовсе отходит на второй план, уступая главную роль восходящей звезде поп-сцены Дигиталис. В погоне за успехом та всё меньше времени и внимания уделяет своим близким, и только после того, как в её жизнь вторгается Смерть, певица понимает, что для неё по-настоящему важно. Этот сюжет более прост и предсказуем, хотя фирменная магия Геймана чувствуется и здесь.