Принцип протеже

Подбор персонала настолько трудоемким процесс, что кадровики компании по возможности используют любые альтернативные способы поиска нужных специалистов, особенно редких. Один из них — реферальные программы, или рекомендательный рекрутинг, в котором к решению проблемы подключаются уже работающие сотрудники. Схема достаточно проста: приводи в компанию своего друга или знакомого и получай за это благодарность. В иностранных компаниях популярность такого метода подбора персонала растет из года в год. А в российских пока остается в числе далеко не самых эффективных. Чем это можно объяснить?

Несколько лет назад американская ReplayTV, чтобы быстро набрать сразу сотню новых квалифицированных сотрудников, объявила своим служащим, что станет выплачивать по  2 тыс. долларов каждому, по чьей рекомендации компании удастся заполнить вакансию — разумеется, после того как рекомендованный кандидат успешно пройдет испытательный срок. По окончании программы среди тех, кто уже отличился в рекомендациях, разыграли право ездить на служебном белом кабриолете Mercedes-Benz в течение двух лет. Конкурсы с ценными призами — путешествиями в азиатские страны и различными полезными гаджетами — любит устраивать среди сотрудников, помогающих с поиском персонала, консалтинговая компания Virtusa Corporation. Кроме того, она не скупится и на денежные выплаты: удачно порекомендовав компании специалиста среднего уровня, можно заработать тысячу долларов, а за профессионала с 10-летним стажем — получить почти две. Традиционно поощрял своих сотрудников долларами за полезные рекомендации крупнейший производитель интеллектуальных факс-плат Brooktrout Inc (ныне Dialogic). За подходящего новичка спустя до дней с момента выхода его на работу компания выплачивала 3 тыс. долларов. Руководство компании считало, что благодаря такой практике неплохо экономит на услугах кадровых агентств.

Тень знаний

Современная экономика, построенная на знаниях и высоких технологиях, нуждается в квалифицированных специалистах, однако существующий рынок труда не готов предоставить их в необходимом количестве. За рубежом этот дефицит признается одной из важнейших проблем, решение которой ищут и политики, и бизнес.

Вклад отечественных высокотехнологических отраслей в ВВП пока не так велик, но российские компании уже давно борются с тем же кадровым голодом, который терзает западных коллег. И причина его та же: система образования готовит не тех, кто нужен, а выпускникам востребованных специальностей недодает актуальных знаний.

На первый взгляд может показаться, что отечественному бизнесу нужны продавцы, продавцы и еще раз продавцы. По данным «Планеты HR», в Москве в I квартале 2013 года максимальную долю в общем спросе (17,2%) составляли вакансии категории «Продажи». Чаще всего столичные работодатели искали менеджеров по продажам (16,1% запросов) и продавцов-консультантов (6,9%). Однако уже на втором месте по числу вакансий находился раздел «Информационные технологии / Телекоммуникации»: на него пришлось 11,4% открытых позиций. А вот вакансии, связанные с добычей сырья, составили всего 0,3% от общего числа. Любопытно, что топовые зарплаты в ИТ и телекоме ничуть не ниже, чем в добывающих отраслях. К примеру, в ИТ по итогам первой четверти года рейтинг возглавила должность ИТ-директора с компенсацией в 400 тыс. рублей, а в добывающей промышленности — вакансия «менеджер проекта по строительству подземного рудника», с аналогичной зарплатой.

Из рук в руки

Онлайн-ярмарка Etsy.com переоткрыла для массового потребителя рынок предметов ручной работы. Выяснилось, что покупатели устали от однотипных товаров под копирку и хотят чего-то «с душой». В России новая модель взаимоотношений между покупателями, продавцами и товарами только начинает набирать силу. Ее восходящая звезда, проект «Ярмарка мастеров» (livemaster.ru), пытается привить торговой площадке повадки социальной сети — и сделать так, чтобы за каждым купленным предметом стояла отдельная история.

Преимущества массового производства казались неоспоримыми с момента, когда Генри Форд запустил свой конвейер. Однако в середине 2000-х плеяда технологических компаний доказала, что кустарное производство тоже может вырасти в серьезный бизнес. Оно способно дать покупателям кое-что упущенное масс-маркетом в погоне за тиражами и дешевизной — персональное внимание и особую связь с вещами, которые входят в их жизнь.

Одной из первых и наиболее успешных на ниве «торговли с душой» оказалась Etsy.com — бруклинская компания, начинавшая как маленькая торговая площадка для продажи различных поделок. Ее основатель Роб Калин долго не мог найти способ продать свои картины, фотографии и самодельную мебель. Онлайн-магазин eBay.com ему не нравился из-за бедного дизайна, а на блошиных рынках торговать не хотелось. В 2005 году Калин с друзьями запустил собственный сайт, с помощью которого стулья и картины разошлись влёт, и начал предлагать сервис другим любителям ручного творчества. Каждый желающий мог открыть виртуальный магазин под эгидой Etsy и вывести его в лигу вполне серьезных игроков. Сейчас отдельные магазины на портале торгуют на миллион долларов в год, общая аудитория площадки — свыше 25 млн пользователей, а ежегодный объем сделок подбирается к миллиарду.

Угодили в «кисляк»

Спор о том, как назвать текущее положение российской экономики — рецессией, стагнацией или «кисляком» (как было предложено премьер-министром), — не простое жонглирование дефинициями. От его исхода зависит то, насколько сильно государство в ближайшие полгода будет участвовать в поддержке отраслей и предприятий.

Одна из причин затянувшихся разногласий между Минэкономразвития, Росстатом и независимыми экспертами состоит в том, что в России не существует точной методологии определения рецессии. В США традиционно считается, что рецессия началась, если объемы производства в стране непрерывно сокращаются на протяжении двух кварталов. Другими словами, специалистам американского Национального бюро экономических исследований, ответственным за подсчеты, приходится полгода следить за негативной статистикой, прежде чем сделать окончательные выводы. Некоторые эксперты предлагают не дожидаться провала объемов промышленного выпуска и опираться на косвенные признаки рецессии. Цифры не обязательно должны быть со знаком «минус»: лакмусовой бумажкой может стать и заметное замедление темпов роста экономики, и даже слабый рост ВВП на фоне увеличения безработицы.

По официальной статистике Росстата, индекс промышленного производства РФ за последние полгода скорее стагнировал, чем сокращался. В январе-апреле он вырос по сравнению с тем же периодом прошлого года, но всего на о,5%. Столь невысокие цифры вообще-то можно считать близкими к нулю. Однако их никак не назовешь отрицательными. Поэтому множество экспертов и комментаторов — в частности опрошенные Ассоциацией российских банков Валерий Инюшин, член комитета по денежно-кредитной политике и банковскому надзору АРБ, и Евгений Надоршин, главный экономист АФК «Система», — термином «рецессия» оперируют с большой осторожностью, предпочитая говорить о стагнации и общем замедлении темпов роста экономики. Они ссылаются на то, что в марте и апреле 2013 года наблюдался небольшой всплеск активности промышленности. Темпы роста в этот период были выше, чем итоговые за четыре месяца полпроцента. Общий же скромный показатель получился из-за «провисания» объемов выпуска в начале года.

Не печатным станком, а чертежным

В апреле Банк Японии потряс финансовый мир сообщением о готовности к массированной эмиссии. Планируемый уровень инфляции по мировым меркам скромен — всего 2% в год. Но по японским — грандиозен: страна уже пару десятилетий живет в условиях дефляции.

Правда, отсчитывается она, в сущности, относительно доллара. А тот за эти десятилетия упал в несколько раз. Есть несколько вариантов расчета — во сколько именно. Если судить по ценам московской недвижимости, золота или нефти — раз в 5-ю. Если по ценам компьютерной техники — даже заметно поднялся. Для большинства практических целей можно ориентироваться в среднем на падение в 3-5 раз.

И все-таки доллар остается главной точкой отсчета всей финансовой системы. Ведь ради конкурентоспособности на мировом рынке остальные страны вынуждены опускать свои валюты вслед за долларом. По возможности — даже быстрее. Невзирая на все издержки, порождаемые инфляцией.

Увы, опыт первой Великой депрессии (1929-1939) и всемирного валютного кризиса (1967-1975) показал, что гонка инфляций не дает перевеса никому: обесценивать свою валюту довольно просто, и невозможно заметно оторваться от конкурентов. Как писал замечательный математик Чарлз Латуидж Доджсон (он же писатель Льюис Кэрролл) в книге «Алиса в стране чудес», надо бежать со всех ног, чтоб хотя бы остаться на месте, — а если хочешь куда-нибудь попасть, надо бежать еще вдвое быстрее.

Тем не менее инфляцию оправдывает и освящает авторитет прославленного экономиста Джона Мейнарда Кейнса. Тот еще в 1920-е предложил лечить инфляцией депрессию. Если впрыснуть потребителям дополнительную дозу денег, в погоне за ними производители оживятся.