Есть люди, имена которых навсегда вошли в историю, став синонимом слов «тайна», «мистика», «авантюра». Самый, пожалуй, загадочный из них - граф Сен-Жермен, о котором, в отличие от его коллег - Мишеля Нострадамуса, Алессандро Калиостро, Джакомо Казановы - не известно почти ничего. Даже имени графа Сен-Жермена мы не знаем.
Еще при жизни Сен-Жермен превратился в легенду, миф, бродивший по Европе как Марксов призрак коммунизма. О нем вспоминали Гете и Байрон, Дюма и Виктор Гюго. Пушкин в своей «Пиковой даме», написанной в 1833 году, писал: «Вы слышали о графе Сен-Жермене, о котором рассказывают так много чудесного. Вы знаете, что он выдавал себя за Вечного жида, за изобретателя жизненного эликсира и философского камня... Над ним смеялись, как над шарлатаном, а Казанова в своих Записках говорит, что он был шпион». Сен-Жермен будто бы поведал тайну трех счастливых карт старой графине - точнее, ее прототипу, княгине Наталье Голицыной; эту легенду рассказал поэту ее внук, уверяя, что точно так все и было, и с тех пор Голицыным всегда везет за карточным столом.
Подобные истории окружали имя графа везде, где он оказывался, - а к моменту появления в Париже, где его ждала подлинная слава, он успел объездить всю Европу. И не только Европу: он уверял, что учился у магов Египта, жил при дворе персидского шаха, побывал даже в далеком Китае. Доказательств этому не было никаких, но он и правда говорил на множестве живых и мертвых языков, включая санскрит и арабский. Его манеры выдавали аристократическое происхождение, хотя он не скрывал, что фамилию Сен-Жермен придумал, а подлинного имени никому не открывал. Были у него и другие странности: он никогда не ел на людях, не пил спиртного, не знался с женщинами. Казалось, ему чуждо все земное, и он охотно поддерживал эту мысль, намекая, что послан с особой миссией могучими тайными силами, которых называл «Великими учителями Востока».




