Анатолий Кольцов. Под созвездием Большого Пса. Полукровка

Это реальная, захватывающая история о необычном щенке, который стал уникальным дворовым псом. И, конечно, принимал самое активное участие в самых разных событиях, происходивших вокруг него. Захватывающий детективный сюжет раскрывает, как важна и необходима настоящая дружба, своевременная поддержка, взаимовыручка.

Замечательная природа Среднего предгорья стала ареной действий жестокой банды, которой, казалось, никто не мог противостоять. Но ложь, предательство, коварство и хитрость не помешали настоящим мужикам проявить свои самые лучшие человеческие, а собакам — самые лучшие собачьи качества.

Там, под созвездием Большого Пса, и не такое случалось!

Отрывок из книги:

Вернулся Палкан домой под утро невыспавшийся, сильно уставший, и грустная тема ещё больше бередила мозг. Едва он успел прикрыть глаза, но ещё не успев вкусить сладостей сновидения, как услышал голос нового хозяина:

— Палкан, ко мне!

«Хочешь не хочешь, а идти надо, Николай зовёт. Что это ещё за новости спозаранку?»

А дело было в том, что Николай на это утро сговорился с молодым приятелем и тёзкой Колькой Коваленко, балагуром и весельчаком, сходить на охоту.

Олимпиада на авось

В царской России развитие национального спорта было делом десятым. Впервые сборная приняла официальное участие только в V олимпийских играх, проводившихся в Стокгольме. И это был «полный, небывалый разгром».

УПУЩЕННОЕ ВРЕМЯ: РАЗЛАД И ИНТРИГИ

Вечером 25 июня 1912 года (все даты по н. ст.) на набережной Петербурга было необычайно оживленно: толпа народа, национальные флаги, музыка, крики «ура!»... Так провожали наших спортсменов на Олимпийские игры в столицу Швеции. Это была первая Олимпиада, в которой они принимали участие официально, то есть при посредничестве Национального олимпийского комитета и поддержке правительства. Вез российскую сборную огромный четырехпалубный океанский пароход «Бирма». «Редкое зрелище представляла «Бирма», — вспоминал атлет Людвиг Чаплинский, — здесь собрался весь цвет русской молодежи, надежда нации. Повсюду сухие мускулистые тела, искрящиеся силой и здоровьем...»

Сейчас вылетит кошка

Что с человеком ни делай, а он все норовит в лежачий камень превратиться. Нашел удобное положение, и все. Фотографы хорошо это знают: у них главная задача при съемке человека — вывести его из привычного состояния.

Штатный фотограф журнала Life Филипп Халсман тоже считал, что главное в его деле не композиция кадра и не свет. Важно обнажить в портретном снимке суть человека, добиться того, чтобы в момент съемки герой расслабился и повел себя естественно. Лучше всего, по мнению Халсмана, этого можно достичь во время прыжка. Тогда человек перестает контролировать выражение своего лица и сосредоточивается на действии.

Прекрасные мутанты

Прятать свои недостатки — естественное стремление. Но часто в изъянах и кроется истинная красота. Идеальная древесина, например, должна быть ровной, без огрехов. Однако одна из самых ценных пород — карельская береза, абсолютно не вписывается в каноны.

Пизанская башня всего через пару лет после начала строительства стала наклоняться — архитектор ошибся в расчетах. Но здание достроили, а благодаря недостатку оно стало знаменитым.

У Венеры Милосской нет рук. Какой была скульптура в оригинальном варианте, неизвестно. Но в том виде, в каком дошла до наших дней, она — эталон красоты.

Необычная морда одного из самых популярных животных у пользователей соцсетей — Grumpy Cat (сердитая кошка) — результат генетической мутации и неправильного прикуса.

Карельская береза — еще один «мутант» в коллекции человеческого пристрастия к несовершенству.

ЯЙЦО ДЛЯ ИМПЕРАТОРА

В середине XVIII века в Санкт-Петербург был приглашен немецкий лесничий Фокель. При изучении местной флоры он наткнулся на необычное дерево. С виду простая береза, была «внутренностью похожа на мрамор».

Древесина карельской березы (такое название получило растение) обладала невероятным узором. Причем рисунок среза каждого ствола был уникален. «Карелку» начали использовать для изготовления мебели и сувениров. И к середине XIX века карельская береза стала символом русского ампира в декоративном искусстве. Царские палаты были заставлены предметами интерьера из уникальной древесины. А к Пасхе 1917 года Николай II даже заказал Фаберже яйцо из карельской березы, инкрустированное золотом. Сегодня оно хранится в Музее Фаберже в Баден-Бадене (Германия).

Превосходство формы

Есть без него пасту отказался бы любой уважающий себя итальянец. Вот уже девять веков пармиджано-реджано варят в эмилия-романье по древнему рецепту монахов. И как ни пытались повторить этот сыр в других местах мира, почему-то никому не удается.

Итальянцы обожают пармиджано не меньше, чем пасту и пиццу. В холодильнике может не быть горгонзолы или моцареллы, но когда кончается пармезан, за ним срочно бегут в магазин.

— Это король сыров, — восклицает Фабио Палумбо, продавец из сырной лавочки в центре Болоньи, — попробуйте его с бальзамическим уксусом — объедение!

Итальянцы по-свойски и с уважением называют пармезан просто forma — сокращенно от слова formaggio (формаджо), что означает «сыр», или, буквально, «то, чему придают форму».