Сланцевую революцию в топливо-энергетическом комплексе подготовили не столько новые технологии, сколько такой набирающий в последнее время экономическую силу ресурс, как «умная толпа».
Сланцы — это «недоуголь», материал, известный с незапамятных времен. На различных физических картах его залежи было положено изображать не черным квадратом, как обозначали месторождения угля, а в виде черного же, но параллелепипеда. В сланцах содержится до 40% органики (это мало в сравнении с углем или нефтью), так что здесь мы имеем дело с законсервированным органическим веществом, «скованным» такой косной материей, как минералы. Между тем в качестве горючего материала сланцы применялись всегда; их можно было использовать для перегонки или пиролиза: при повышении температуры сланцы «истекают» нефтеобразной смолой. Во времена СССР даже всерьез изучали возможность разработки сланцевых месторождений с помощью строительства подземных перерабатывающих заводов: хитроумная концепция исходила из того, что таким образом не придется извлекать на поверхность массу пустой породы, а нужные вещества можно будет получать непосредственно под землей. Вместе с приостановкой таких исследований в нашей стране пропал интерес и к сланцам. Были известны и более простые способы получения сланцевого газа с помощью химического выщелачивания или закачивания под землю реагентов — с последующим откачиванием по трубам конечного материала. О такой простой, базовой идее на многие десятилетия забыли. То, что она заставила о себе вспомнить, в очередной раз доказывает: успех перехода к новым технологическим уровням далеко не всегда определяется самой инженерией. Потому что с технологической точки зрения в нынешней сланцевой революции нет ничего революционного.
