четверг, 17 апреля 2014 г.

Нора Робертс. Ночные танцы

Нора Робертс. Ночные танцы
Мэгги Фитцджеральд, известный композитор, обладательница премий «Оскар» и «Грэмми», в поисках покоя и уединения перебирается в маленький сонный городок. В надежде облагородить сад, разросшийся вокруг старого дома, она обращается за помощью к ландшафтному дизайнеру Клиффу Делэйни. Бескомпромиссный художник, он с недоверием принимает заказ «мисс Голливуд», однако в скором времени проникается нежностью к одинокой молодой женщине из мрачной усадьбы. Сельская идиллия превращается в кошмар, когда в ходе садовых работ обнаруживается страшная находка — человеческие кости. Зловещее открытие — не первая драма в жизни Мэгги, и лишь присутствие сильного, смелого и надежного мужчины поможет ей пережить кошмар, раскрыть тайну преступления и обрести надежду на счастье.

Отрывок из книги:

К десяти часам стало понятно, что тихого дня вдали от всех и вся — ради чего, собственно, Мэгги и переехала в эту местность — сегодня не получится. Рабочие за окном вопили изо всех сил, стараясь перекричать грохот оборудования. Ревели грузовики. Новая дорога использовалась вовсю. Мэгги старалась утешать себя мыслью, что через пару недель этот хаос закончится.

Три раза ей позвонили друзья из Лос-Анджелеса. Все хотели знать, как она себя чувствует и чем именно занимается. После третьего телефонного разговора Мэгги почувствовала, что с нее хватит. У нее больше не было сил объяснять, что она обдирает линолеум, клеит обои, красит и получает от этого удовольствие. Она сняла трубку с телефона и отправилась на кухню.


Уже больше половины работы было сделано. Вид дерева настолько вдохновил Мэгги, что она решила довести дело до конца. Пол будет просто великолепный. И это будет дело ее собственных рук. И пусть Клифф Делэйни умоется.

Соломон Нортап. 12 лет рабства. Реальная история предательства, похищения и силы духа

Соломон Нортап. 12 лет рабства. Реальная история предательства, похищения и силы духа
В 1853 году книга «12 лет рабства» всполошила американское общество, став предвестником гражданской войны. Через 160 лет она же вдохновила Стива МакКуина и Брэда Питта на создание киношедевра, получившего множество наград и признаний, включая Оскар-2014 как «Лучший фильм года».

Что же касается самого Соломона Нортапа, для него книга стала исповедью о самом темном периоде его жизни. Периоде, когда отчаяние почти задушило надежду вырваться из цепей рабства и вернуть себе свободу и достоинство, которые у него отняли.

Текст для перевода и иллюстрации заимствованы из оригинального издания 1855 года. Переводчик сохранил авторскую стилистику, которая демонстрирует, что Соломон Нортап был не только образованным, но и литературно одаренным человеком.

Отрывок из книги:

Эдвин Эппс, о котором многое будет сказано в оставшейся части этой истории, – крупный, плотный, тяжелый мужчина со светлыми волосами, высокими скулами и римским носом выдающихся пропорций. У него голубые глаза, светлый цвет кожи, и, должен сказать, росту в нем полных шесть футов. Лицу его свойственно проницательное, пытливое выражение прожженного плута. Его манеры отвратительны и грубы, а его речь предоставляет скорое и безошибочное свидетельство того, что он никогда не наслаждался преимуществами образования. Он имеет наклонность изрекать самые подстрекательские вещи, в этом отношении превосходя даже старину Питера Таннера. В те дни, когда я только стал его собственностью, Эдвин Эппс пристрастился к бутылке, и его возлияния порой длились до двух недель. Однако в последнее время он пересмотрел свои привычки, и, когда я расставался с ним, он был самым строгим образчиком воздержанности, какой только можно найти на Байю-Бёф.

Наедине с фотографией

Александр Лапин
Человек-легенда отечественной фотографии. Безудержная жажда постичь изображение сделала его одной из ключевых фигур фотографической жизни не только Москвы, всей страны. Сегодня об Александре Лапине вспоминают близкие люди. 17 мая ему исполнилось бы 69 лет.

Многие знают Александра Иосифовича Лапина (17 мая 1945, Москва — 25 октября 2012, Москва) как автора книги «Фотография как...»: в начале 2014 года было выпущено уже шестое ее издание, общий тираж насчитывает более 25 тыс. экземпляров. Многим посчастливилось бывать на лекциях — в общей сложности Лапин преподавал около 30 лет. А кому-то довелось посещать камерные семинары, которые проводились дома в комнате-студии с табличкой «Кафедра творчества» на двери и отбор в которые проходил непредсказуемо, согласно странной логике, понятной, скорее всего, только одному их создателю и «дирижеру».

Думается, быть «отобранным» Лапиным означало пройти что-то вроде негласного испытания в шкале свой-чужой. Своими становились самые разные люди — музыкант, врач, милиционер, журналист, художник. А другие журналист и художник почему-то отсеивались. Главным критерием и, возможно, критерием единственным была верность художественной фотографии. И не важно, из какой профессии и каких кругов ты произрастаешь. Попадать в среду своих означало многое: встречи и беседы с экстраординарными, исключительными людьми — как правило, спонтанные, настигавшие телефонным приглашением ближе к вечеру, дискуссии и споры о фотографии, музыке, кино, да почти обо всем на свете, просмотры работ и альбомов, откровения, после которых расходились из Петровского переулка по бульварам в приподнятом настроении, не шли — летели.

среда, 16 апреля 2014 г.

Патрик Несс. Жена журавля

Патрик Несс. Жена журавля
История древняя, как мир, несчастный юноша спас чудесного журавля. Журавль обернулся прекрасной девушкой и сказал своему спасителю: «Парень, если ты раньше жил в печалях, теперь на тебя обрушится любовь величиной с небо».

Это история древняя, как мир, перенесена в наши дни. А может, с печалями легче справляться, чем с любовью, которая величиной с небо? Человек не должен бродить по земле, влача за собой смятые крылья мечты…

Умная, романтическая, талантливая история, рассказанная одним из лучших писателей современной Англии.

Отрывок из книги:

Он решил оформить «Дракона и Журавушку» и изрядно поломал голову как. Обычная фоторамка тут не годилась — объемность самой работы не позволяла даже слегка придавить ее стеклом. Кроме того, большинство рамок, из которых ему пришлось выбирать, предназначались для фотографий крепкозубых детишек и их золотистых ретриверов и совсем не подходили для столь многозначной и живой работы, как эта.

Перепробовав и забраковав несколько вариантов — без стекла, с фиксацией на матовой или блестящей поверхности, без накладной рамки, чтобы можно было разглядывать работу и сверху, — в итоге он вставил картину в узкий стеклянный кейс, обеспечив вокруг нее воздушный зазор, примерно как в диораме. Ребра кейса были окантованы золотыми полосками, из-за чего казалось, будто картинка находится внутри него сотни лет и может рассыпаться в пыль, если попытаться ее извлечь. Она стала напоминать реликвию, артефакт, случайно заброшенный в этот мир из альтернативного пространства-времени.

Джеймс Паттерсон. Спасти Ангела

Джеймс Паттерсон. Спасти Ангела
В стае детей-птиц раскол — Клык ушел и собрал свою команду. Для Макс это тяжелый удар… Тайная организация хочет изменить мир. Они похитили Ангела и проводят над ней опыты, изучая ее суперспособности. Макс и Клык понимают, что одолеть опасного противника они смогут лишь общими усилиями… Нужно успеть спасти Ангела! Возможно, ее даже уже нет в живых…

Отрывок из книги:

Дилан слегка сжал мне руку и чуть заметно улыбнулся. Ни с того ни с сего я представила, как целую его нежные, красиво очерченные губы. И тут же перед глазами встает лицо Клыка. На меня нападает дикий кашель, и я мгновенно выпускаю руку Дилана, точно в пальцы мне попала лягушка.

— Что с тобой? — озабоченно спрашивает он, но потом ему хватает ума поменять тему.

— Уже поздно, давай пока заночуем в пустыне, — предлагает он, — понаблюдаем за Школой издали. А завтра с утра, может, придумаем, как в нее пробраться.

— Мммм, — мычу я. Я и сама бы, скорее всего, такой же план придумала. Но сейчас меня заклинило на словах «заночуем в пустыне». Вдвоем. Один на один. В висках от волнения застучало.

Примерно в миле от Школы GEN77 пустыню разрывают каньоны полосатого красного, розового и кремового камня. К одному из них, к тому, что поглубже, мы и полетели. И совсем недалеко от края нашли отличную пещеру с отличным обзором Школы. И вот мы с Диланом остались вдвоем. Он и я.

Пусть только полезет ко мне. Останется без зубов.