Игорь Вереснев, Юлианна Лебединская. Архив пустоты

Благодаря разумной сети компыотеров-квантеров человечество избавилось от необходимости работать и превратилось в вырождающуюся расу «обдолбов» — за исключением учёных в закрытом городе Наукограде...

Это новая книга участников Литературного семинара в Партените. Идея книги принадлежит Юлианне Лебединской — в своём блоге она пишет, что «Архив пустоты» вырос из её текста, который рассматривался на семинаре Дмитрия Громова и Олега Ладыженского. Мэтры посоветовали превратить исходный текст в два - научно-фантастический и сказочный. «Архив пустоты» - то, что получилось из НФ-части.

Как ни странно, его можно было бы тоже разделить надвое без потерь для обоих тематических блоков, социального и научно-эзотерического. Первый блок - история взаимоотношений Наукограда и «обдолбов» из внешнего мира, история катастрофы и её чудовищных последствий. Рассказ о мире, в котором учёные проводят странные социальные эксперименты во имя «светлого завтра», а слово «убийство» заменено циничным термином «деактивация». Мире, где великая цель оправдывает любые средства. Второй блок - история одного научного открытия об информационных свойствах вакуума, того самого «архива пустоты», и сообщества «Дворников», чистящих ноосферу от «грязи». В обоих сюжетах хватает и интриг, и неожиданных поворотов - вот только друг с другом они связаны весьма условно и не очень мотивированно. Те же «Дворники» вписались бы в любую реальность, не только в этот антиутопический кошмар.

Кольца вместо банка

Хобби помогло Дине Сагидуллиной полностью изменить жизнь и, кажется, готово превратиться в полноценный бизнес.

Дина Сагидуллина несколько лет проработала в крупной управляющей компании одного из московских банков, и это съедало все время и силы. «Я очень уставала - из-за работы 24 часа семь дней в неделю не успевала даже тратить зарплату», - признается Дина. Отдушиной было увлечение: вечерами девушка сама придумывала и мастерила ювелирные украшения - не на продажу, для себя. «В банке я имела дело с бумажками и цифрами. А когда приходила домой, могла наконец создавать что-то своими руками», - вспоминает она, поправляя на запястье тонкий браслет из серебряной нити, собственное творение.

Дина всегда любила нестандартные вещи, но офисный дресс-код и высокая должность не позволяли носить бижутерию, а в ювелирных магазинах сложно было найти именно то, что хотелось. Так что однажды Дина заказала у ювелира несколько золотых бусин и собрала браслет. «Специально отливать бусины слишком дорого, а в продаже таких не было. В итоге мне сделали небольшую трубку из золота, от нее отрезали кусочки и шлифовали», - рассказывает она.

Потом Дина попросила изготовить 12 колец по собственному эскизу (чтобы получилось как задумано, пришлось изучить азы ремесла). Их производство обошлось в 30 тыс. рублей. «Я планировала носить все кольца на одной руке. На фотографиях это смотрелось очень эффектно, а вот в жизни был явный перебор», - смеется она. «Лишние» кольца, к удивлению Дины, быстро раскупили подруги и знакомые - может быть, именно это поставило точку в опостылевшей карьере финансиста. Чуть больше года назад Дина решила свои проблемы одним махом - уволилась, что называется, в никуда и купила билет до Парижа.

Дубовый арт

Шанс Дениса Милованова заработать на своем увлечении едва не сгинул в папке «Спам».

Улыбчивый, в рабочем фартуке, с небольшой бородой, Денис Милованов больше похож на столяра XIX века, а не на современного бизнесмена. Слово «бизнесмен» ему вообще не очень подходит - скорее «предприниматель». Свое первое дело он организовал в 18 лет: вместе с другом открыл палатку по продаже продуктов питания - популярный в лихие 90-е способ заработать. Было не до учебы. К 30 годам он стал совладельцем нескольких магазинов сотовой связи.

В свободное время рисовал скетчи карандашом - как умел. «Однажды мой друг в шутку предложил посмотреть, что лежит в моей сумке. В ней оказались блокноты, карандаши и ластики - ничего, что имело бы отношение к нашему делу. Тогда он посоветовал мне заняться чем-то другим», - вспоминает Денис. Но, добавляет он, рисование денег не приносило и «всю жизнь приходилось заниматься тем, что не нравилось». В 2007 году стало ясно, что мелкий бизнес не выдерживает конкуренции с «Евросетью» и «Связным», и Денис продал свою долю. На вырученные деньги купил два грузовика и начал сдавать их в аренду.

"Иволги" и "Воробьи"

Коллекция пернатых не поместилась в квартире - и стала бизнесом с оборотом 80 млн рублей в год.

Час езды от Москвы по Калужскому шоссе - за окном поля и проселки, а в машине пахнет дождливым свежим лесом. Где находится парк птиц «Воробьи», знают все жители близлежащей деревни Акатово и показывают дорогу, предугадывая вопрос: машины с московскими номерами едут в основном туда. На это и рассчитывали Александр и Татьяна Белявские, покупая 11 лет назад землю в Калужской области. Вернее, совхоз, в котором работало около 60 человек, со всей техникой, стадом коров и примерно 210 га земли.

Начиналось все с увлечения Александра: первая птица - чиж - появилась у него еще в детстве. «У Саши было несколько птиц, когда мы познакомились, - вспоминает Татьяна. - И когда мы съехались, он, конечно, привез с собой всех своих попугаев». Птиц становилось все больше, и они перестали помещаться в московскую «трешку». Супруги продали квартиру и переехали в подмосковный поселок Рассудово, в частный дом, в котором сделали вольеры для птиц. В какой-то момент число пернатых перевалило за три сотни, а в калитку то и дело стучались желающие на них посмотреть. Тогда Белявские и решили изменить свою жизнь.

Вячеслав Дерелецкий. Тени прошлого

Что общего между битым жизнью королевским сотником и гордым капитаном эльфийских стрелков, непонятно каким ветром занесенным в королевство Хоноргард? Ничего, кроме общей беды и одного на двоих чувства солдатского долга и чести. А значит, впереди долгая дорога, полная подстерегающих на каждом шагу опасностей и тревог. И от того, дойдут ли они до конца и успеют ли вовремя, зависят судьбы двух королевств и жизни их многочисленных обитателей.

Отрывок из книги:

Пара за парой конные дружинники миновали ворота казармы и сдержанным шагом втянулись в путаницу городских улиц. Дин крутил головой, пытаясь вспомнить знакомые места. Оставив в стороне скотный и сенной рынки, отряд добрался до высокой крепостной стены. Проскочив небогатый квартал кожевников с его неистребимым кислым запахом, они вырвались на широкую, мощенную булыжником улицу, ведущую к северным воротам, и спустя пять минут без остановки пронеслись через заранее распахнутые ворота.

Очутившись за городскими стенами, всадники перешли на размеренную рысь. Мимо потянулись золотистые поля созревшей пшеницы, убегающие к самому горизонту. Время от времени их сменяли темно-зеленые ряды хмеля, подвязанного к часто торчащим длинным шестам. Едущие навстречу телеги сворачивали на обочину, пропуская спешащих по делам дружинников. Узнав скачущего впереди командира гарнизона, крестьяне торопливо сдергивали с голов шапки и кланялись.